Охота на невидимок

Любовь. Хи-хи! Смотреть на них смешно, такое впечатление, им по пять лет.

– Что думаешь по поводу колокольного звона?

Люська подошла к стене, провела кончиками пальцев по волчьей морде и, задумчиво повела плечами.

– С голодухи у него могли начаться глюки.

– А если серьёзно?

– Я не шучу, Глеб. Сам подумай, какой, блин, колокольный звон в этой глухомани?

– По-твоему, он и её не видел?

– Вержвецкую? Не знаю… Впрочем… да ну, Глеб, неохота мне всякой фигнёй голову забивать. Пошли на улицу лучше, посмотрим, в какую сказку нас занесло.

***

В номере я пробыл минут пять, оделся, положил в карман на всякий случай телефон (хотя его бесполезность здесь очевидна), взял прихваченное из столовой яблоко и вышел в коридор. На первом этаже мы с Люськой встретили Всеволода Всеволодовича в компании Ивана. Неожиданная, скажу я вам, встреча. За тот год, что мы не виделись, дед нисколько не изменился: такой же орлиный взор, шапка седых волос, чуть сутулая спина, высокомерие во взгляде. Помощник Иван, высокий плотный мужчина неопределённого возраста, немного располнел, на висках появились залысины.

– А вот и наша молодёжь, – радостно – именно радостно! – сказал Всеволод Всеволодович, положив мне руку на плечо. – Давненько не виделись. Выросли-то как. Людмилка – красавица.

– Как вы себя чувствуете? – спросила Люська первое пришедшее в голову.

– Соответственно возрасту. Вчера давление подскочило, весь день из номера не выходил, сегодня полегчало. Гостиница на вершине, здесь другой воздух, давление… – Старик нагнулся ко мне и, подмигнув, добавил: – Сто раз успел пожалеть, что затеял с размахом отпраздновать юбилей.

– Да нет, всё равно заняться нечем, – ляпнула Люська.

– А куда намылились?

– Хотели осмотреть окрестности.

– Хорошее дело. Правда, осматривать здесь нечего. Горы и снег. Снег и горы. Пойдёмте в малую гостиную, потолкуем маленько.

Стянув верхнюю одежду, и переглянувшись друг с другом, мы с Люськой поплелись за Всеволодом Всеволодовичем.

Малая гостиная располагалась сразу за библиотекой. Сейчас она была пуста; мы устроились в удобных креслах, старик огляделся и, морщась, признался:

– С чучелами они переборщили. Слишком много их, согласны?

Я кивнул.

– Чего это вы неразговорчивые такие, рассказали бы, как и что. Год целый не виделись.