Книга теней

Чем конкретно они занимаются в командировках, я не знаю, вроде осуществляют архитектурный надзор за строительством проектируемых объектов, принимают участие в разработке архитектурных решений и всё в таком духе. Иногда кто-нибудь один или сразу оба могут уехать на несколько дней на семинар или конференцию, так же, редко, но случаются, командировки в ближнее зарубежье.

– И куда вас занесёт на этот раз? – иронично спросил Тёмка, прислонившись спиной к шкафу, наблюдая, как отец ищет в верхнем ящике стола файл с документами.

– В Пермь.

– Надолго?

– На две-три недели, – сказала мама, переведя виноватый взгляд на Алекса. – Неудобно получилось, гость приехал, а мы уезжаем. Ты извини, работа есть работа.

– Не волнуйтесь, Наталья Вячеславовна, – заверил её Алекс. – Мы с ребятами здорово проведем время. Кстати, готовить я умею, с голоду мы точно не умрём.

Вообще-то я тоже умел готовить, во всяком случае, сварить суп и пожарить картошку для меня не составляло особого труда. Но в принципе делать этого не требовалось, потому как на одной лестничной площадке с нами проживает сердобольная Ирина Константиновна.

Когда родители уезжают, баба Ира превращается в заботливую, иногда даже чересчур заботливую соседку. Она готовит настолько вкусно и много, что если бы мать с отцом не возвращались обратно через пару недель, баба Ира закармливала бы нас до смерти.

…Артём проявил благородство и отдал Алексу свою кровать, заявив, что сам будет спать в большой комнате, поближе к телевизору.

Итак, мы проводили родителей, оставшись за хозяев.

– Свобода! – завопил Тёмка, сразу после их ухода. – Мы одни.

– Если не брать в расчёт бабу Иру, – засмеялся я.

В течение дня Ирина Константиновна заходила к нам четыре раза, проверяла, не устроили ли мы случайно пожар, наводнение или какое-нибудь масштабное ЧП. Для неё мы до сих пор оставались маленькими мальчиками, за которыми необходимо присматривать и постоянно быть начеку. Приходила баба Ира, разумеется, не с пустыми руками: на завтрак сварила кашу – я манку с детства не могу терпеть, – напекла блинов, принесла банку варенья, в обед мы ели борщ, пюре и котлеты.

Через пару часов Ирина Константиновна вспомнила о полднике, на столе оказалось блюдо с пирожками. На ужин мы снова увидели манную кашу, оладьи и поджаренные хлебцы.

– Слушайте, а нельзя сделать так, чтобы она сюда не приходила? – спросил Алекс, с отвращением глядя на жидкую манку. – Я не смогу есть кашу, меня от неё тошнит.