Кошмар по наследству

Сюда не только кошки могли зайти, но и слоны прошмыгнуть.

Генка пристально всматривался в зеленоватые кошачьи глаза, становясь с каждой секундой всё мрачнее.

– Сначала я увидел в кресле мертвеца, потом на его месте очутилась эта кошка. Люся, выгони её на улицу. Не хочу видеть в доме кошек, тем более, зеленоглазых. Глеб, а ты прогони кошку из кухни.

– Ладно-ладно, Ген, ты главное, успокойся. Приляг, постарайся расслабиться. А мы мигом от кошек избавимся. Глеб, чего ты застыл, иди на кухню.

Глупо было бы надеяться, что полосатая кошка по-прежнему будет сидеть на столе, дожидаясь моего появления.

Пришлось заняться поисками.

– Кис-кис-кис, – звал я, заглядывая под стол.

Кошка как сквозь землю провалилась. Я вышел в коридор и заглянул в приоткрытую дверь. Рядом с кухней находилось помещение, судя по всему, служившее хозяевам кладовкой. Вдоль трёх стен высились стеллажи. Все они пустовали. И лишь на одном из них, на самой нижней полке, я заметил банку варенья.

Шорох раздался откуда-то справа.

Задрав голову, я увидел любопытные глаза полосатой кошки. Она забралась на самую верхнюю полку стеллажа, и с нескрываемым любопытством наблюдала оттуда за мной.

– Слезай, – махнул я рукой.

Кошка мяукнула.

– Слезай, тебе говорят. Кис-кис-кис.

И тут я услышал грохот и отчаянный крик Дронова. Мгновенно забыв о кошке, пулей полетел в гостиную. Генка стоял у одного из четырёх окон, прижимая к груди плотную штору. Люська замерла в дверном проёме.

– Что случилось? – крикнул я.

Генка ткнул пальцем в сторону стены.

Большая картина в тяжёлой позолоченной раме, сорвавшись со стены, рухнула на пол. При падении угол рамы ударился о мягкий пуф, проделав в кожаной обивке внушительную дыру. Пуф отлетел в сторону, перевернулся.

– Она упала ни с того ни с сего, – лепетал Генка, теребя штору.

– Хорошо, что никто не пострадал, – я подошёл ближе, сел на корточки и внимательно осмотрел крепления и верёвку. Затем поднял глаза на торчавший из стены металлический крюк.

– Как, по-твоему, Глеб, чего это вдруг картина вздумала полетать?

– Верёвка стёрлась.

– Где?

– Вот, смотри, видишь?

– А-а, да, точно, – кивнула Люська.

– Но почему она стёрлась именно сейчас? – вопрошал Генка, боясь двинуться с места.

– Вещи от времени тоже стареют и приходят в негодность. Эта картина, провисела на стене наверняка целую вечность. С неё вытирали пыль, а о верёвке никто не думал. Постепенно она стиралась, и вот сегодня решила порваться.