Город, которого нет

Проживание в двухэтажном доме на протяжении трех месяцев могло влететь в копеечку, но отец заверил, что теперь мы можем позволить себе небольшую роскошь.

Дом под номером «13» был забронирован, вещи упакованы и погружены в машину. Мы выехали рано, около пяти утра; папа планировал добраться до городка часам к четырем, помочь нам с разгрузкой вещей и, наспех выпив кофе, вернуться назад.

Перед тем как Никитка толкнул меня в бок, я дремал. Глаза начали слипаться с полудня: сначала я силился, а потом решил дать им отдых, прикрыл – секунд на пять – и заснул.

Мне приснилась темная улица, дорога, аккуратные домики и нависшие над ними черные тучи, изнизанные голубоватыми нитями молний. Гудел ветер, откуда-то сверху доносился смех, по асфальтированной дороге со скрипом проехала пустая тележка. Прогремел гром, я побежал к дому по выложенной плиткой дорожке, и когда уже поднимался по ступеням, увидел проржавевшую табличку с номером «13».

Сверкнула молния, от сильного ветра с жутким скрипом распахнулась входная дверь, я поднял глаза и мне навстречу выскочил… Кто? Кто это был?! Я не успел разглядеть.

Постепенно воспоминания о неприятном сне отодвинулись на второй план, правда где-то глубоко в подсознании меня продолжал терзать вопрос: кто же выскочил мне навстречу из распахнутой двери? Кто? Кто?!.. Не помню. Хотя, может, это и к лучшему.

– «Лилипуты хоронили умерших, кладя тела головою вниз, ибо придерживались мнения, что через одиннадцать тысяч лун мертвые воскреснут.

– Над кем смеёшься? – зевая, спросила мама. Она проснулась.

– Да над книгой. Земля плоская и она перевернется. Прикол!

Никитка потянул меня за руку.

– Читаю-читаю, – поспешил я заверить брата, и вдруг у меня перед глазами мелькнула увиденная во сне картинка.

Я стою на крыльце, на улице начинается гроза, все гремит, сверкает, распахивается дверь и мне навстречу выскакивает… Это человек, подумалось мне. Я закрыл глаза, попытался сосредоточиться. Отчетливо увидел дверь, увидел отблеск молнии, и ещё нечто бесформенное, облаченное в светлые одежды.

Никитка третий раз потянул меня за руку. Я вздрогнул.

– Да подожди ты! – грубо ответил я брату, почувствовав, как взмокла спина, и пересохло во рту.