Это нам не задавали

– Матвей, – Кира дернула его за руку. – Прекрати. Тось, мы тебя слушаем.

– Ага, – прошептал Мотька Ярику. – И место для лапши на ушах готовим.

– Семья директора гимназии жила в этом здании. У них было несколько комнат и большая гостиная. А здесь, – Тоська окинула взглядом библиотеку, – находился просторный холл. У директора была жена, трое детей и тёща. Однажды он застал тёщу за странным занятием – она стояла недалеко от камина и вслух читала книгу. Как выяснилось позже, книга была не простой. Колдовской.

– Классная история, – зевнул Мотька.

Не обращая на него внимания, Тоська продолжала тараторить:

– Разразился грандиозный скандал, директор обвинил тещу в колдовстве и…

– …и она взмахнула волшебной палочкой и превратила его в крысу, – не удержался Колька.

– Лучше в верблюда, – поддакнул Мотька. – И он бегал за ней по всей гимназии, а гимназистки снимали видюху на телефоны.

– В то время не было телефонов, Моть.

– Были! Это же сказка, а в сказках всё возможно.

– Придурки! – не сдержалась Тоська. – Он убил её.

Кира ойкнула и удобней уселась на диване.

– Задушил, да?

– Толкнул. Она упала, ударилась и… того, – Тоська закатила глаза и ткнула пальцем вверх.

– Тогда уж надо не так показывать, – ляпнул я. – Если она была колдуньей, она не наверх, а вниз отправилась после смерти. Типа в полу открылся люк и тёща ку-ку – рухнула на цокольный этаж.

– Точняк, Гарик, прямо в котел с кипящими щами.

– Хорош тупить! Вам не надоело? Какая разница, куда она упала. Суть в том, что в библиотеке произошло убийство.

– Тось, – Виолетта старалась подобрать слова, чтобы не обидеть сестру. – А ты не думаешь, что эта бабулька, которой девяносто пять лет…

– Ей девяносто три! – крикнула Тоська.

– Хорошо, извини. В силу возраста она может путать выдумку с реальностью.

– Бабка не сумасшедшая.

– Я не назвала её сумасшедшей, но в старости часто… э-э… преувеличивается действительность.

– У меня вопрос, – подал голос Ярик, молча выслушавший всю эту белиберду. – Предположим, так всё и было. Директор по неосторожности убил тещу, посчитав ее колдуньей. Но откуда такие подробности стали известны девчонке?

– Какой девчонке? – не поняла Тоська.

– А что, твоей старушенции уже тогда было девяносто три года?

Я засмеялся.

– А сейчас ей лет двести.

– Ярик, не будь занудой.