Год 2077-й

Дикари до последнего не замечали взявших их в полукольцо вооружённых людей в одинаковой серой форме. Парусник, стоявший в сотне метрах от засевших в развалинах ублюдков, приковал внимание дикарей не сколько своим диковинным видом, сколько ведущимся с него плотным огнём, в результате которого двое дикарей лишились мозгов и ещё один корчился с ранением в живот. Отделение Чура подошло к дикарям с фланга. Теперь с парусника постреливали поверху, дабы не зацепить своих.

Впечатленные дырками в головах своих собратьев, ублюдки продолжали сидеть тихо, видимо надеясь на то, что страшная штуковина поедет себе дальше.

Но штуковина не уезжала и с неё продолжали стрелять, а потом одновременно в телах пятерых укрывшихся за полуразрушенной стенкой дикарей появились непредусмотренные матушкой-природой отверстия…

Троих оставшихся в живых ублюдков – двух девок пригодного для «естественного употребления» возраста и хмыря-лучника на пинках погнали к паруснику. Уже через пятнадцать минут девки сидели в закреплённой снаружи, в задней части трамвая, клетке, озираясь по сторонам испуганными глазами, а хмырь был связан по рукам и ногам и подвешен на торчавшей впереди корабля трёхметровой трубе.

– Чур! Давай, поговори по душам с этим… – Яросвет кивнул в сторону подвешенного за связанные руки дикаря. – Где Радомир?

Из одного из окон, открытого настежь, выглянул фельдшер – лысый мужик средних лет в звании ефрейтора.

– Я здесь, капитан!

– Как там раненый?

– С ним всё хорошо, артерия не задета… Я швы наложил.

Дежурить пока не сможет.

– Сходи, сук этих посмотри на предмет заразы всякой.

– Будет сделано, капитан! – бодро ответил фельдшер и скрылся в окне.

Хмырь поначалу был не очень разговорчив с сержантом, но, когда тот ему сломал четыре ребра, выдал исчерпывающую информацию по обстановке в районе местонахождения «Сварога». Рассказал он и о поселениях к северу от Екатеринодара, и о людях, приходивших иногда из этих поселений, называвших себя «искателями», и о возможных местах обитания других дикарей, и ещё массу полезных сведений.

Выяснив у дикаря всё относительно дороги на Екатеринодар, Чурослав доложился командиру, и получив от того указание пустить дикаря в расход, распорядился на его счёт.

Вскоре ветер стал затихать, и Яросвет приказал, пока не установился штиль, отъехать на пару километров от бывшей станицы, в которой могли ещё оставаться дикари. Пора было вставать на ночёвку.