Флуктуация

Материнским наитием Екатерина Петровна разгадала причину

загадочного волнения девятнадцатилетней дочери. Опытную женщину было не провести неопределёнными стеснительными отговорками и пунцовым цветом лица после приватного разговора. Понимала, что ребёнок влюбился, и не мешалась, а всем видом и действиями поддерживала девочку, искренне желая счастья.

Павел привык к милому обществу женщин, ему думалось, будто был

знаком с дамами всю жизнь. Объединённые общей целью, к полудню, они добрались до пристани. Оставив спутниц у морского вокзала, Синицын отправился за билетами.

Народ атаковал единственную кассу намного активнее, чем при

посадке на поезд. Павел искал крайнего, но вскоре понял бессмысленность занятия и решил, как все пробиваться к заветному окошку, надеясь на силу и выносливость. Очередь, если так можно было назвать, ругалась, доходило до драк. Павла кто-то потянул за шинель. Обернулся и увидел интеллигентного на вид мужчину лет тридцати. Белая рубашка, чёрная жилетка, вместо галстука – бабочка, виднелись из распахнутого пальто дорогого покроя.

– Извините, – сказал Павел, не узнав мужчину. – Спутали с кем-то?

Не знаю вас, сударь.

– И я про вас, извиняюсь, не ведаю. Но хотелось бы помочь. У меня

знакомая при кассе работает, могу за определённое вознаграждение, достать билет.

– Но мне нужно три билета, – ответил офицер и повернулся, чтобы

опять войти в ужасную давку.

– Да хоть пять! – заявил незнакомец. – Накиньте по червонцу за

билет и вы, и я останемся довольными.

Павел поглядел на бушующую толпу, в которую предстояло

втискиваться, подумал и решил: – Хорошо согласен.

– Давайте ассигнации, билеты сейчас будут, – заверил мужчина,

используя в речи слова Екатерининских времён.

Павел отдал деньги, которые выделили женщины, добавил своих и

приложил к ним ещё три червонца.

– Вот возьмите за три билета.

Незнакомец забрал всю сумму и уверенно направился к служебному

помещению, не вызывая сомнения, что он здесь свой человек. Проводив его взглядом, молодой офицер остался ожидать. Отойдя к колоннам, рассматривал листовки, расклеенные по всему залу, предвкушая удачную сделку. Прошло немного времени, Синицын заволновался. – «Ну, где же этот доброжелатель? Почему его нет?» Вышел на улицу, осмотрелся, вернулся обратно. Незнакомец не появлялся.