Последний поход «Новика»

А три с половиной сотни моряков – это около тридцати тонн веса.

Когда дружный топот матросов, перебегающих на корму, стих, с мостика последовала очередная команда:

– Пошел брашпиль![56 - Брашпиль – ручная, паровая или электрическая лебедка для выбирания якоря на судне.]

Трос, идущий от верпа, стал наматываться на барабан, и когда он натянулся в струну, по команде командира вахтенный офицер передвинул ручку машинного телеграфа на сектор «полный назад». Под кормой натуженно забурлил гребной винт.

Корпус корвета задрожал. «Давай, давай!» – мысленно умоляли моряки свой корабль. И тот, как будто отвечая на их мольбы, еще раз вздрогнул и стал медленно сползать с мели.

Громовое «ура!» потрясло воздух над верхней палубой. Матросы обнимались, поздравляя друг друга с победой над стихией.

А через некоторое время, когда корвет, чуть покачиваясь, вышел на чистую воду, командир приказал отдать носовой якорь. На баке загремела якорная цепь.

– Стоп машина! Стоп брашпиль! – скомандовал командир.

На мостик, запыхавшись, взбежал старший офицер с сияющими от радости глазами.

– Поздравляю, Степан Осипович! «Витязь» на чистой воде!

– И вас, Андрей Андреевич, поздравляю! Теперь будем ждать, когда рассеется туман. И распорядитесь сменить вахтенную смену – люди устали и морально, и физически.

* * *

В течение нескольких дней самым тщательным образом проводили гидрологическое обследование пролива между островом Тюленьим и полуостровом Терпения.

– То, что и требовалось доказать! – удовлетворенно воскликнул Макаров, когда были подведены результаты обследования.

Оказалось, что скорость течения из залива Терпения в Охотское море достигала четырнадцати узлов! Это, разумеется, в центре пролива. А в том месте, где «Витязь» сел на песчаную косу, оно составляло от трех до четырех узлов.

– А ларчик-то просто открывался, Андрей Андреевич! А вы все твердили: «Я виноват, я виноват…» В борьбе со стихиями природы мы пока, к сожалению, бессильны.

– Надо было мне сразу же отдать якорь еще на глубине ста двадцати метров, – вздохнул, терзаясь своей оплошностью, старший офицер.

– Все мы, русские, сильны задним умом, – рассмеялся командир. – Однако как учит народная мудрость, все хорошо, что хорошо кончается.