Последний поход «Новика»

– Прошу разрешения, Аркадий Константинович, продолжить совместную вахту!

– Добро, Андрей Петрович! Как успехи на гидрологическом фронте? – с долей ревности спросил тот, так как ему пока доверяли лишь замерять температуру воздуха во время его вахт.

– Нормальные, Аркадий Константинович, – улыбнулся Андрей, уловив нотки ревности в голосе своего наставника. – На ста метрах глубины температура, как и прежде, остается довольно низкой – около четырех градусов выше нуля по Цельсию.

– Ненамного отличается от температуры воздуха, – заметил мичман, похлопывая ладонями рук, одетых в перчатки.

 – Вы сейчас несколько разогрелись при работе на полуюте, а здесь, на мостике, обдуваемом насквозь всеми ветрами, очень холодно.

– Думаю, станет еще холоднее, когда подойдем к проливу Лаперуза.

– Живы будем – не помрем! – отшутился вахтенный офицер.

* * *

– Вот он каков, знаменитый Камень Опасности! – показал Алексей на не очень высокую одинокую скалу, окруженную небольшой группой голых, лишенных растительности камней, возвышавшуюся почти посередине пролива Лаперуза.

– Да уж, Алеша, примечательный островок! И не низок, не высок, – согласился Андрей, прибежавший к другу на полубак в перерыве между взятием проб воды. – В ясную погоду он весь на виду. А в частые туманы, характерные для этих мест? Поэтому во избежание столкновения с ним на кораблях выставлялись матросы, обязанностью которых было прислушиваться к реву сивучей[44 - Сивучи – водные млекопитающие семейства ушастых тюленей. Обитают по окраинам северной части Тихого океана.

В водах Дальнего Востока встречаются от Японского моря до Берингова пролива.], поселившихся на этих камнях.

– И сколько же кораблей мореходов покоится на морском дне подле него?

– Одному Богу известно, Алеша…

Алексей вздохнул и, подув на закоченевшие от холода пальцы, принялся разбирать содержимое щипцов, которые достали со дна пролива перед самым приходом Андрея на полубак. И он с интересом стал наблюдать за действиями Алексея.

Так называемые щипцы на самом деле представляли собой два полушария, соединенные пружинками.

Когда лот[45 - Лот – прибор для измерения глубины моря. На парусных судах применялись ручные лоты, состоящие из свинцовой гири и привязанной к ней веревки, называемой лотлинем.] с этими щипцами достигал дна, те захватывали в себя окружающий их грунт, и полушария тут же смыкались. Просто и в то же время надежно.

– Смотри, Андрюша, грунт, как видишь, – ил, – сказал Алексей, разъединив полушария.