Хочу, чтобы меня слышали! Книга 2. Золото Разрушителей

Ее отец решительно отрубил свое прошлое, взял все положенные ему деньги и уехал к дочери.

Ему вообще было свойственно легко расставаться со всем, что касалось близких ему людей. Он делал это без лишних переживаний, ни с кем не советуясь и не сожалея об этом ни капелюшечки.

Казалось, что он отрывает от себя куски не своей, а чьей-то чужой жизни, а своей он живет только внутри себя, в мыслях своих, никому не ведомых.

Вот и Галине, любимой дочери, как только она закончила семилетку, отец вручил старые подшитые валенки, подушку, немного денег и в единственном платье отправил без сожаления в районный город Зею на учебу в медицинское училище – на «фершала».

И еще зачем-то вручил ей старинную книгу, к которой в доме запрещено было даже прикасаться.

Велел беречь ее как зеницу ока и передать по наследству старшему внуку.

И еще посоветовал книгу подолгу не читать – волшебная, мол…

Так закончилось детство, и столь долгожданные юность, взрослость и самостоятельность явились перед ней в одночасье.

У нее не осталось вообще ничего, за что можно было зацепиться, чтобы жить дальше.

Даже неприютного, но все же родного дома.

Жизнь надо было начинать с чистого листа…

Для этого имелись подшитые валенки, одно платье, подушка и дурацкая старинная книга, правда, волшебная…

Набор еще тот!

…Тогда, сойдя с парохода, Галя присела на скамейку подле речного вокзала незнакомого ей города.

Родственников в этом районном городке у нее не было, знакомых тоже. Да и откуда взяться знакомым, если до этого она из своего поселка Дамбуки никуда не выезжала, кроме как в тайгу при очередном побеге отца.

Полная безнадега навевала мысли о самоубийстве – куда проще было броситься с причала вниз головой или с высоченной скалы рядом с ним…

Быстрая, глубокая и холодная Зея заберет к себе за секунду, и все закончится.

Хорошего-то в ее жизни было немного, а плохое – чего жалеть?

Слез не было, привычку плакать искоренили еще в младенчестве, ведь даже малыш понимает, что если не добиваешься желаемого криком и плачем – делать это бесполезно.

– Откуда ты, родимая? – Галя даже вздрогнула от неожиданности. Рядом с ней стояла не старая еще женщина и улыбалась так же, как мама – доверчиво так и располагающе.

– Как зовут-то тебя, из деревни, что ли? – спросила женщина, присев рядышком и доверчиво взяв Галю за руки.

– Галиной меня зовут, – робко отозвалась она. – Я из Дамбуков, только что приехала пароходом. В училище медицинское поступать.