Хочу, чтобы меня слышали! Книга 2. Золото Разрушителей

Секретничали, одним словом.

Сашина популярность в поселке позволила ребятам избежать обычной участи детской травли мальчика и девочки, не таивших от окружающих свои наивные детские чувства.

Обычно дети, особенно деревенские, бессознательно и жестоко травят за недоступные им самим проявления чувств, пытаясь своими жестокими методами разорвать подобную связь.

В лучшем случае просто задразнят «женихом и невестой», в худшем – мальчика ждут нешуточные стычки со всей пацанской братией, а девочку – полный бойкот со стороны завидующей девчоночьей компании.

Да и взрослые не отстают – постоянно по поводу и без него шутки шуткуют обидные…

Со временем к их неразрывности привык весь поселок, включая Сашину маму и Лидочкиных родителей.

Саша с Лидочкой так же будут себя вести и в школе, куда пойдут уже на следующий год.

А Лида вскоре станет полноценным членом Сашиной мальчишеской школьной компании. Но не «своим парнем» она будет существовать там, а полноценной, красивой, мужественной девочкой, которую будут уважать за твердость характера и умение гасить ссоры.

Ну и за то, конечно, что она – верный товарищ и друг Саши.

И что друг за друга они горой.

Сашин отец домой из тюрьмы, в которую он попал из-за драки по молодости лет, приревновав жену к военному, так и не вернется.

Он просто растворится в неизведанных далях, то ли погнавшись за длинным рублем, то ли подавшись в блатные.

Всякое болтали – и что руку ему отрубили в счет карточного проигрыша, и что в тюрьме во время драки он убил уголовника…

Исчез папаша, будто и не было его никогда, ни одного письма мама от него так и не получила.

Посоветовалась мама с Иваном Сергеевичем Белышевым, директором прииска, да и подала на развод.

А что делать? Живет одна – и не мужняя жена, и не вдова…

В поселковом совете развод оформили в тот же день.

Жили Саша с мамой вдвоем все в той же барачной комнате. Ну, не совсем вдвоем – в этой же комнате жили еще куры и маленький поросенок.

Тяжело жилось, но тяжести этой Саша не замечал – лучшие кусочки доставались, конечно же, ему, да и само по себе детство просто не замечает житейских невзгод – было бы чего перехватить на ходу из еды, неважно чего, лишь бы быстрей. И снова – туда, в мир детства, в тайгу, на волю!

С одеждой проблем тоже не было – в холода спасали телогрейка и валенки, по теплу – сатиновые шаровары, «бобочка»-куртка из вельвета и сапоги кирзовые.