Хочу, чтобы меня слышали! Книга 2. Золото Разрушителей

И снова – перекрестие красных полос на белом фоне – «мне необходима помощь».

Следом замелькали семафорные флажки сигнальщика: знак вызова – мелькание перекрестом красными флажками над головой и дальше по буквам – «н-а-м н-у-ж-н-а п-о-м-о-щ-ь».

– Передайте вопрос, – приказал полковник. – Кто командует кораблем?

Ответ не заставил долго ждать – «ш-т-а-б-с-к-а-п-и-т-а-н Р-а-з-в-и-н».

– Сам погибай, а товарища выручай. За убитых церковь Бога молит, – прошептал про себя полковник Жвакин любимое выражение легендарного полководца Александра Суворова и дал команду на разворот.

Пока приостанавливали движение, пока разворачивались – пропустили момент начала движения «Иртыша», и вот тот уже на всех порах мчит навстречу «Пермяку» с явным намерением пойти на абордаж.

Предупредительный выстрел орудия не остановил нападения, и только тут Жвакин понял, что форма, флаг и сигналы о помощи – гнусная ложь и провокация.

Кораблем управляли красные, для обману напялившие на себя чужую форму.

Эта ошибка могла привести к катастрофе – своими действиями полковник поставил под угрозу не только свой корабль, но и «Ласточку», чего допускать было нельзя ни в коем разе.

С «Пермяка» успели выстрелить еще трижды из имеющихся двух пушек, после чего на «Иртыше» начался пожар, но он продолжил движение в надежде сцепиться бортами с «Пермяком».

Судя по скоплению людей на палубе красных, численностью они значительно превосходили команду «Пермяка».

– Пли, – последний раз скомандовал Жвакин, – и полный вперед!

Он сам встал за штурвал и направил пароход прямо в лоб теряющего после повреждений ход «Иртыша».

В последний момент тот попытался уйти от столкновения с более мощным и тяжелым соперником, но только усугубил ситуацию, подставив под удар свой борт.

Скрежет металла, крики тонущих людей и накрывающая всех невидимая пелена смерти разорвали таежную тишь.

«Иртыш» медленно заваливался на правый борт, жадно глотая глубокой пробоиной холодную воду родной только по своему названию реки.

С палубы «Пермяка» его команда добивала пытавшихся сопротивляться красных и поднимала из воды своих и умоляющих о сострадании раненых красных.

Предателя-лжепрапорщика Карасева и сбежавших воришек среди пленных не обнаружили.

– Видать, отчет держат перед Богом за свои грехи… – решили моряки.

Подняли на борт и легко раненного штабс-капитана Развина, удерживаемого на воде двумя матросами.