Приключения поручика гвардии

* * *

Подниматься вверх даже после отдыха было очень тяжело, и вскоре они сняли свитеры, положив их на хорошо выделяющуюся среди окружающих камней вулканическую бомбу[19 - Вулканическая бомба – комок лавы, выброшенный во время извержения в жидком или пластическом состоянии и получивший во время полета в воздухе ту или иную форму. Размеры вулканических бомб достигают 7 м в длину.]. Вокруг были базальты, омываемые потоками застывшей лавы. Как ищейка, Григорий Иванович выбирал наиболее подходящий путь, и они, задыхаясь от недостатка кислорода, все-таки, хоть и медленно, продвигались вперед.

Солнце уже подходило к зениту, а вершина вроде бы и не приближалась. Григорий Иванович все чаще во время кратковременных остановок доставал из карманчика у пояса серебряные часы на серебряной же цепочке и, шевеля губами, делал какие-то расчеты.

– Ну что, Андрей Петрович, до кратера мы, конечно, доберемся. А вот как быть дальше, это большой вопрос.

– Давайте доберемся до вершины, а там и посмотрим, что делать, – философски изрек усталый Андрюша.

– И то верно!

Подъем продолжался, пока они не вышли на довольно широкую, саженей в две, площадку. Не успел Андрюша присесть на ближайший камень, как раздался восторженный возглас спутника:

– Андрей Петрович, Андрей Петрович!

Григорий Иванович стоял у почти отвесной стены, зачарованно глядя перед собой. Подойдя к нему, Андрюша был поражен не меньше его. На каменной стене были отчетливо видны высеченные кем-то и, как видно, очень давно какие-то знаки и фигурки.

– Это же мировое открытие! Эти таинственные надписи могут рассказать об очень и очень многом! Какая удача!

И удивленно глядя на Андрюшу, неожиданно произнес:

– А на какой ляд нам теперь сдалась эта вершина?

Неопределенно пожав плечами, он, все еще находясь в большом возбуждении, предложил начать немедленно делать зарисовки наскальных надписей.

Андрюша улыбнулся:

– Григорий Иванович, а может быть, сначала немного отдохнем, не то, не дай бог, руки дрожать будут.

Тот глянул на него и задорно рассмеялся.

Передохнув, они вооружились блокнотами и, по предложению Григория Ивановича, стали срисовывать надписи в две руки, то есть раздельно, чтобы впоследствии при их расшифровке избежать возможных пропусков и ошибок, сравнивая обе копии. Трудились молча, не спеша, прекрасно понимая цену возможным неточностям.