Тропа обреченных

– Этого я тебе не говорил и от тебя выпытывающих слов не слышал… Погоди-ка, – спохватился Дмитро. – А где длинноногая Сорока, ему Зубр велел по шее дать и гнать отсюда с темнотой. Да он смотался, вижу.

– Сбежал, сволочь, одного оставил. Я ему хотел пулю всадить в заднюю мишень, да схрон выдать побоялся. Не нравится он мне.

– Если перебить всех, кто не нравится, мы с тобой одни на миру остались бы, – криво усмехнулся Дмитро.

– Маньку с Панькой еще бы себе оставили, – глуповато хихикнул Алекса, совсем оттаяв.

– Это само собой, – не раздумывая, согласился Дмитро, но немного погодя поинтересовался: – Каких таких Маньку с Панькой?

– Да я так, для складу, какая разница, Танька иль Паранька, я бы их через одну перевешал.

– Что ты так? Мне они плохого ничего не делали, даже наоборот.

– Все они дешевки. Ты разве не знаешь, за что я толстую Фроську посередь села в пузо расстрелял?.. Не говорил тебе? Брательника мово заложила, на хате у нее погиб.

– Откуда ты знаешь, что она продала его? Чекисты у таких на хате не трогают никогда.

– Тронули вот, откуда им было знать, что Трифон той ночью придет к ней. Она ревновала его шибко, грозила.

– Ну, раз грозила, значит, напросила… Собирай-ка харчи, чтоб не шакалить нам, заходить никуда не будем. И соснем давай. Туши свою мигалку.

Труднее занятия, чем сесть написать письмо, а тем более составить донесение, что иногда Артистке доводилось делать, она не знала. Писать она умела, но выразить свои мысли на бумаге коротко и последовательно не могла.

И все же решила лично изложить Хмурому о выполнении его поручения, поэтому быстро вернулась от Варвары домой, заперла дверь и села писать. До темноты оставалось достаточно времени, а раньше в дом Яшки Бибы ей появляться было нельзя.

От одной мысли, что сам Хмурый будет читать и вдумываться в содержание написанного, Артистка трижды начинала выводить слова на страничке из ученической тетради, но каждый раз бралась за новый листок: то написала без должного обращения, то не упомянула, о ком идет речь, то строка поползла вкривь.

«Друже Хмурый!

Интересующий подполковник получил прозвище Стройный, прибыл неделю назад без семьи, имеет жену красивую, дочь, живет временно на квартире Степаниды, на Лесной улице, 4, во дворе огород, небольшой сад, в углу уборная, возле крыльца кобель в будке. У Степаниды дочь, а сын утонул.