Любомир

– Я тебе сообщение отправила, а ты без связи, – оправдывалась она без тени сожаления, а скорее с претензией.

– Я тебе писал перед выездом, что симки из командировок выбросил. Что к чему?

После объятий и поцелуя Вика вернулась к Люру. Расслабились черты лица, интонация стала мягче, появилось мурлыканье. По чуть–чуть он отогрел ее замкнутость от переезда в неизвестность – и дни потекли идеально.

Люр рассылал резюме и занимался всякой мелочевкой по дому. Вечера коротали в обнимку.

Она целовала его в нос перед уходом, он вилял хвостом при встрече с работы.

Получив первые деньги, Вика очень захотела пальто. Она мялась и переминалась с ноги на ногу, как будто не заработала сама, а спрашивала разрешения.

– Значит мы идем за пальто, – обнял ее Люр, – ты такая клевая, когда строишь из себя маленькую.

В торговом центре было светло и просторно. Гуляешь себе, глазеешь. Красиво, чисто, играет специально подобранная музыка и кругом бренды, бренды, бренды.

– Лениво люди бродят по торговым центрам, за рубль с чем–то технику берут под проценты, – заиграло в голове у Люра, – Каста, действительно, хороша…

Они выбрали пальто по методу "под цвет глаз" – какое–то очень недешевое, оттого еще привлекательней. Люр приметил мужскую сумку–планшет, но стоимость его не устраивала. Вика предложила купить ее пополам, тем более, что 23 февраля на носу, а 14–ое прямо сегодня.

С полными сумками покупок и продуктов они с заиндевевшими ресницами вернулись домой. Отметили сбычу мечт звоном хрустальных бокалов, выключили свет и, крепко обнявшись, отключились.

На следующий вечер Вика вернулась с работы расстроенной: "Представляешь, это была вся получка! Я думала, что еще за квартиру начислят, а это было все".

– А уже завтра тебе надо хозяйке деньги отдавать? Думаю, коробка конфет, что я ей привез, не прокатит, а женщина она, с твоих рассказов, достаточно добрая.

У меня есть нужная сумма, но это вообще все, что есть на карточке. До получки еще две недели.

– Купила пальтишко, блин. Может сдадим?

– Думаешь? Там объявление вроде бы висело. Да и вещь брендовая, – ему не верилось, что она расстанется со своей прелестью. А сумка явно не тянула.

– Ладно, скажу ей, что я дура, потом отдам. У коллег я тоже не могу одолжить. Еще не раззнакомилась.