Любомир

Мысленно проржавшись после прочтения, Люр написал две объяснительных и отнес в приемную, прикрепив к докладной–шедевру. Ее потом переписывали коллективно. Да и в объяснительных было по одной строчке.

Никуда Люр так и не поехал, а провел выходные, как планировал ранее. Мороженое, квас, прыжки в воду с понтона с друзьями, костер на берегу Сожа со Светкой в 40 километрах от города.

Вся бумажная история попала к Димке на "разобраться и по закону казнить". Димка, как человек ответственный, пробежался по всем кабинетам в поисках "значительного материального вреда, причиненного управлению".

Они возвращались домой чуть медленнее обычного. Теперь Люр был пассажиром и ерзал в предвкушении.

– Ты в курсе, что они хотели по докладной? – большое количество морщин Димки было заработано именно на этом месте работы.

– По переписанной или первоначальной?

– Ну да. Отрубить руки–ноги и премии на год лишить. Но по закону можно только хвост или премию.

Вот за премию обидно стало.

– Что в итоге? – катастрофический уровень бреда не интересовал Люра.

– В итоге только строгий выговор, потому, что ничего из предъявленного ты не делал. Я спросил у всех.

– А зачем?

– Затембль, не перебивай, – он поведал о диалогах с кабинетными царьками и королевнами. – Так что я все равно не понимаю, кому ты там дорогу перешел?

– Да все просто, Дим, – Люр спокойно пересказал полученную от Ротозеевича информацию.

В последний рабочий день Люр ничего не делал. Управление тихо переваривало новость. По очереди, кто как мог, выражали сочувствие заглядывающие коллеги. "Хороший ты парень, Наташка!", "Вот я бы не увольнял, перевел бы. А я ж лишь мелкая сошка, что я могу?", "Сильных не любят!", "Да все нормально, не ссы!", "А как же ты на улицу–то увольняешься, не верю! Нашел что–то, да? Ну колись!", "Я бы тебя к себе взял, да я тоже в немилости".

– Хоть ты рейтинг составляй, – Люр молчал и читал интернет. Он покидал место, где ему нравилось работать, где он пропадал ради карьерного роста и спасался от депрессий.

Открыв окна машины нараспашку и пожелав всем удачи, Люр включил тяжелый металл про пушистого белого зверька, нарочито медленно выехал на трассу, занял правую полосу и ехал 70. Сил не было.