Расплетая бантики

И, между прочим, по твоей версии «Бородач» детей не ел, а просто запугивал. Ты была ещё той выдумщицей! Особенно после… – тут мама замолчала. Мы обе знали после чего. Прошло уже столько лет, а больно всё так же. Я взглянула на следующую фотографию, там я обнимала белокурую девочку, мою сестру. Она погибла, когда мне было восемь. Это была трагедия для всей семьи. Так рано я поняла, что значит потерять близкого человека. Мама долго не могла оправиться, папе, по натуре очень сильному человеку, тоже пришлось не сладко. Возможно после смерти Софьи, так звали мою сестрёнку, я изменилась.

– Мамуль, – я повернулась к ней лицом, – всё хорошо, вернее, я знаю, что всё будет хорошо. Я тебя очень сильно люблю!

– Я знаю, малыш, я знаю, – по её лицу скользнула тень, будто вся печаль на мгновение вернулась, – мы ведь не будем грустить, верно? Мы будем дальше жить и радоваться жизни!

– Конечно! – улыбнулась я, – кстати, ты помнишь, что я тогда придумала?

– Естественно! Ты ведь придумала себе своё королевство! Ох… Вот только название никак не вспомнить… Как же… Ил.

– Эллания…– тихо произнесла я и лишь прозвучала последняя буква, как за окном грянул гром, да, причём с такой силой, что стёкла окна задребезжали,– ААА! – от испуга я упала с дивана, и больно ударилась коленкой,– там же погода замечательная была! Откуда гром?

– Последнее время погода у нас непредсказуемая, кто знает… Ну ладно, спи детка, – мама чмокнула меня в щёку и собралась уходить, но у самой двери остановилась и обернувшись, прошептала, – с возвращением.

– Спасибо, – так же шепотом ответила я и тут же плюхнулась в постель, собравшись сдержать своё обещание – проспать целую вечность.

***

К сожалению, этого мне не удалось сделать – я проснулась от того, что Чаки запрыгнул ко мне на кровать и облизывал лицо:

– Фу… Чаки! Вот ты беспардонный пёс! Не даёшь мне поспать! Что? Гулять хочешь?

Будто в ответ на мои слова он закрутился волчком и радостно тявкнул.

– Ну, пойдём, проказник! – я чмокнула его в нос и сладко потянулась. Хоть спала я не так долго, но по ощущениям отдохнула на два года вперёд. Всё-таки, дома и стены лечат. Пробравшись в спальню к родителям, я поняла, что они ещё спят, поэтому на цыпочках ушла в свою комнату, переоделась и, прицепив поводок к ошейнику Чаки, вышла на улицу.