Конверт для Монаха

– Гони сотню, – Марина обратилась к парню в чёрной водолазке.

– Держи, – проигравший с расстроенной миной протянул ей банкноту. Он был удивлён не меньше Антона.

Марина взяла деньги и, бросив на Макса беглый взгляд, негромко произнесла:

– А ты приносишь удачу! – С этими словами она покинула помещение.

Набравшись мужества, Антон спрятал свою гордость и обратился к Максу:

– Ты всегда принимаешь «ферзевый гамбит»?

– А что это такое? – спросил Макс и по его выражению лица, можно с уверенностью сказать, что это ему ни о чём не говорит.

– Ты что, смеёшься надо мною? – не поверил Антон.

– Разве я сейчас смеюсь?

Макс действительно не слышал, ни про какой «ферзевый гамбит», его фишка заключалась в другом. Благодаря появлению мощных компьютеров и качественных шахматных программ, он изучил все принимаемые в практике дебюты на уровне набора базовых вариантов и большую часть из них проработал достаточно глубоко. Этот парень мог на равных играть с профессионалами, вызывая у них неудовольствие, потому что в дебютной стадии практически не оставлял места их шахматному искусству.

– Ты когда-нибудь ходил в шахматный клуб? – поинтересовался Антон.

– Нет.

– А кто тебя научил так хорошо играть?

– Компьютер. Я постоянно с ним играю, и запомнил все основные варианты примерно до двадцатого хода, в отдельных случаях и далее.

– Хм, ну ты даёшь! – Антон протяну Максу стодолларовую банкноту. – С такими способностями ты бы сделал себе отличную шахматная карьеру.

– У меня нет такой цели, – он взял купюру.

 – Мне просто нравится играть в шахматы.

– М-да! – Антон вздернул брови от удивления.

Чемпион, теперь уже бывший, болезненно отнёсся к своему проигрышу, даже больше, чем к потере ста долларов, чего не скажешь про Макса, которого совершенно не волновало, кто выиграет, а кто проиграет. Главное – это сам процесс, а не шахматная корона.

По окончанию рабочего дня примерно около семи часов вечера, Макс на своей «Тойоте» подъехал к дому и припарковался на заасфальтированной площадке, что располагалась напротив подъезда.

Держа в руке кожаный кейс, он вышел из салона, затем открыл заднюю дверцу, взял лежавший на сиденье большой букет чайных роз, поставил автомобиль на сигнализацию и направился к подъезду. Он успел сделать несколько шагов, когда вдруг, откуда ни возьмись, в нескольких метрах от него появилась старушка. Она была всё в том же одеянии, и с корзиной в руках. Макс остановился, и принялся за ней наблюдать.