Технология проклятия

Когда пришел черед Максима выполнить ту же самую рабочую операцию, он справился с ней блестяще и практически без подсказок со стороны дяди Вани. Оно и немудрено, поскольку Стрельцов заранее предсказывал правильные пропорции ингредиентов, знал, какая из кнопок на панели приведет к нужному результату, и предвидел, в какой момент Иван Степаныч-Петрович сообщит Максиму, что он делает что-то не так.

– Фига себе. А ты молоток, Максим, – похвалил его наставник. – С соображалкой и памятью у тебя, я смотрю, полный порядок.

– Спасибо, дядя Ваня.

– Ты точно путягу, а не универ заканчивал?

– Путягу. Я в школе просто плохо учился…

– Давай-ка ты реально иди в какой-нибудь институт поступай, пока не поздно. Пропадешь ведь в этой клоаке зазря…

– Я постараюсь.

Время за рабочим процессом летело незаметно. Язык у дяди Вани был без костей, и на протяжении трех часов он рассказывал Стрельцову всякие истории из своей жизни. Некоторые были веселыми, некоторые – наоборот, весьма трагичными, поскольку судьба у наставника Максима была довольно непростая: два развода, смерть старшего сына, затяжной алкоголизм, а однажды его даже в тюрьму чуть не посадили за пьяную драку.

Когда стало окончательно ясно, что Иван Степаныч вполне расположен к беседе с Максимом практически на любую тему, Стрельцов решил аккуратно и ненавязчиво подобраться к предмету обсуждения, ради которого сюда изначально и пришли трудиться уберы.

– Дядя Ваня, а до меня тут кто, кстати, работал?

– До тебя? – Иван Степаныч сразу чуть потускнел. – Эх, Сережка Кольцов тут со мной вкалывал. Хороший парень… Был.

– Почему был?

– Помер Сережка пару недель назад. Прямо в Обводный канал зачем-то нырнул, дурак, да и не выплыл уже оттуда. Земля ему пухом…

– Ого. А зачем он это сделал?

– А я гребу, что ли? Сережка даже и не пил особо.

– А может, он просто сам утонуть хотел? – решил рискнуть развить тему Максим.

– Да ты чё? Сережка жизнерадостный человек был. К тому же у бедняги жена и двое детишек остались. Как им теперь дальше без него? Труба… Не, он бы на такое никогда не пошел.

– Тогда действительно это очень странно.