Архив Смагина

Каждый идёт своим путём, и я не считал себя вправе ни расспрашивать Ивана об этом союзе, ни тем более давать ему какие-либо советы по этому поводу. Их истинные отношения, как и многое другое в жизни и поведении Ивана, стали для меня открытием, запоздалым. Но лучше поздно, чем никогда. И открытием – не из худших, но, признаюсь, и не самым радостным.

…Иван позвонил в дверной звонок. Машка открыла, слегка растрёпанная, одета в лёгкий, не новый, некогда добротный халат. Радостно улыбнулась: «Проходи, Ванечка!».

В комнате – творческий беспорядок. Посреди – мольберт, рядом картонный ящик, на нём уголь, пахучие краски. Работал телевизор, звук приглушён. На журнальном столике стояла большая тарелка с клубникой. Машка уже сидела в кресле и выбирала ягодки покрупнее. Иван в нерешительности замялся. Машка вскочила и бросилась ему на шею.

– Ура-ура-ура. Прибыл мужчина не моей мечты. Теперь я не одна.

Иван бережно обнял Машку и осторожно поставил на пол.

– Машка, что ж такая – зараза жорж-сандовая. То твоей мечты, то не твоей мечты…

– Моей, моей! Но могу же я в этом признаться! Давай трескать клубнику. Но предупреждаю – мне самой мало.

– Терпеть не могу клубнику – пижонская ягода, трескай сама.

Иван сел на кушетку. Машка изобразила ногами в стоптанных тапочках нечто вроде половецкого припляса, схватил со столика тарелку с клубникой, поставила её на кушетку, села.

– Ты мне деньги давал? Давал.

– Ну, давай. И хлеба горбушку, и ту пополам, – с усмешкой сказал Иван и аккуратно взял аппетитную ягодку. Лениво пожевал и перевёл разговор в область бытовой реальности: – Вообще-то недурственно. А что-нибудь более существенное есть?

Машка капризно надула щёки.

– Вы – мужлан, однако. Бомонд вас не принимает. Идите на кухню – жарьте свою дурацкую яичницу. И кран течёт вторую неделю.

Иван встал, быстро выхватил из тарелки клубничку, забросил в рот, подмигнул собеседнице и пошёл на кухню. Без особой надежды открыл холодильник, удовлетворённо хмыкнул, так как иной картины и не ожидал. Подошёл к мойке – кран тёк. На кухонном столе стояли початая бутылка и бокал с вином. Иван с досадой покачал головой и выпил вино. Подумал и наполнил бокал наполовину.

– А у вас в бомонде сантехники не тусуются? – громко спросил он.