Шут из Бергхейма. Выводок

Так как хилы обычно торчат с РДД – толпу кольчужно-тряпочных героев попросту сдуло. Меня поругали. Но так, гуманно.

В предпоследней фазе второй попытки я слишком быстро убил адда. Иногда убивать надо медленно, что в моем крошечном берсерочьем мозгу, разумеется, не задерживается.

Но что поделать – у некоторых наших ребят оружие было поумнее меня. В плане нарисованных игрой циферок интеллекта, конечно.

Поэтому сейчас я был начеку. Третьего вайпа мне не простят, несмотря на все мое обаяние.

– Ой-ой, – звонко воскликнул женский голос оповещения.

Пол вспучился, из-под него полезла белая сфера, похожая на шаровую молнию. Всплыла и двинулась к забившемуся в самый дальний угол Кларку. Охотник, больше похожий на оживший ходячий куст из-за опутывающих его доспех веток, бил по боссу автоатакой. На все подобные тактики Валько всегда ставил Кларка. Сфера должна была захватить самого дальнего от нее человека, сфокусироваться и доползти до него (разумеется, как можно позже, но уйти от этого рока никак нельзя).

– Ножками-ножками шевелим!

– Отец мой! Ты говорил, что никогда не оставишь меня. Но вместо тебя со мною были лишь тени! Где ты, отец? – громыхал лорд.

Танки забивали оптовую партию нечисти прямо на входе в зал. Отрабатывали блатное положение. Валько отдавал им лучший шмот. В клане с этим никто не спорил: одетый танк – счастливый рейд. Тем более что и Табуреддкин, и Мезарка были ребята ответственные, лояльные и понимающие, что роль танка – это не только носить щит да долбить босса в морду.

Но мы все равно постоянно подтрунивали над их привилегированным положением.

– Буренка, сэйв! Остальные прожались! – гаркнул Валько.

Трещины достигли стен, и отовсюду в нас ударил черный свет.

«Плач об отце» наносит 400 урона тьмы. 1600 заблокировано. Ваше здоровье 1350/1950

Полоса здоровья тут же полезла вверх. Буренка затянула восстанавливающую песнь. Жрица в сексуальном белье кружилась посреди рейда, и я старался в ее сторону не смотреть хотя бы по той причине, что Буренка – это Миша из Челябинска, студент-второкурсник с очень развитым чувством собственной важности.

– Кларк, сука! – взвыл Валько. – Кларк! Мускул сэйв, млять!

Охотник уткнулся носом в стену и упорно пытался пробежать ее насквозь. Сейв его почти спас, но вот сфера – неторопливая, неумолимая – доползла до зависшего рейдера. Вспышка.

– Спасибо, папа! – прогудел босс в ослепительном белом. Я попятился, промаргиваясь. Дело бесполезное, но от инстинктов не уйдешь.