Анатомия лабиринта. Детективный роман

Так что прожили они не так уж и долго вместе, и Славик так и не успел еще понять кем ему, собственно, приходилась эта рыжая вертихвостка, родившая его. А Лариса, она детей вообще любит, и когда вышла замуж за Леню, Славика сразу приняла как собственного сына, хотела ему еще подарить братика или сестричку, забеременела, но беременность на третьем месяце сорвалась, что-то там у нее случилось по-женскому, и врачи сказали что детей у нее уже не будет. Так что Славик для Ларисы стал, можно сказать, единственным сыном на всю жизнь, и привязалась она к нему как… Ну в общем, полюбила она Славика больше чем саму себя.

– А Басов?

– А что Басов? Леня, он хоть, конечно, души в сыне не чаял, но мужик, он и есть мужик, по бабам начал сваливать от Ларисы. Ну тут Лариса, не будь дурой, и себе давай по мужикам. При чем якшалась она с этими мужиками на зло Леньке. Они ей, эти мужики, и нафиг не нужны были, а вот на зло Лёньке… Началось из того, что вот Лёнька с какой-то бабой переспит, а Лариса и себе, разыщет мужа этой самой бабы, с которой Ленька-то переспал, и с мужем этой самой бабы переспит на зло Лёньке, да наутро Лёньке же и расскажет во всех подробностях о своих подвигах.

– И что же он?

– Он сначала было бушевал, грозился. А Ларисе и дела мало – чуть что, она Лёньке сразу о разводе, давай, говорит разводиться, или, если хочешь жить вместе, то я тебе изменять не буду, но и ты тоже завязывай со своими бабами. Ленька бывало давал слово больше не гулять, но долго не выдерживал, и все повторялось снова.

– А развестись не пробовали?

– Да нет, куда там. А как же Славик? Он ведь, Славик-то, к Ларисе привязался, как к собственной матери, даже больше, сильнее чем к родной матери привязался, что ты с этим поделаешь? Лариса так и говорила, когда разговор заходил о разводе, говорила, что Славика она в таком разе заберет с собой.

– А Славик?

– А что Славик? Дите ведь еще, мало что еще понимал в этих отношениях между взрослыми, хотя кое-что уже соображал, и по большому счету мачеха ему была ближе и роднее, чем родной отец, и в случае развода, Славик, конечно же, не против был бы остаться с Ларисой, само собой, встречаясь иногда со своим отцом, тем более, что Славик и так-то не очень уж и часто видел своего родного отца, у Лёньки все дела да бабы.

– Ну что же, с официальной любовью все более-менее понятно, – сказал Полозов, – осталось только кое-что выяснить о любви запретной.