Белый свет

Андрей чувствовал внутри покой, все его переживания медленно исчезали. Неконтролируемая улыбка уже давно сияла на его лице, как и на лицах окружающих. Но, несмотря на это, он не мог стоять на месте: ему хотелось веселиться со всеми. Но эти все стояли, как застывшие статуи, и, будто по повелению одного скульптора, продолжали смотреть на небо. На все крики Андрея они не отзывались, даже толчки руками не приводили их в чувство. Парень испугался не на шутку. Но…

Свет начал таять: белый оттенок стал исчезать с окружающих предметов, возвращая им их прежний вид.

Люди начали моргать и отходить от воздействия этого света. Все были довольны. Все, кроме Андрея, который тряс Катю, чтобы она объяснила, что сейчас было.

– Божья Благодать. Каждое утро Господь спускается к людям на землю и одаривает их своим целебным теплом в знак того, что человечество искупило свои ошибки. Мы исправили каждый плохой поступок наших предков: каждое преступление, каждую ложь. Люди больше не грешники, Андрей! – говорила с восторгом Катя.

В голове Андрея происходила настоящая революция: он начинал верить во все, что с ним происходит, что это действительно Москва и Бог простил всех людей. Несмотря на всю фантастичность идеи, он не мог проигнорировать факты, происходящие на его глазах. Мир, откуда он пришел, был слишком грязным: все продавалось за деньги, включая человека, убийства и ограбления, которыми были так богаты новостные выпуски, считались нормой в обществе. В подавляющем большинстве ложь опережала правду.

А здесь… Здесь Андрей видел добрых, отзывчивых людей, чья культура, чьи образованность и воспитанность не позволяли грязи поселиться в их сердцах. И пусть их одежда была не совсем чистой, но ведь куда важнее чистота души.

Только что на его глазах девочка, недавно разговаривавшая с мамой, попросила ее присесть и, когда та выполнила ее просьбу, поцеловала ее в щечку. К ним подошел молодой человек и вручил им букет тюльпанов, те в ответ вежливо поблагодарили его и обняли.

Все люди стали тянуться друг к другу, и Андрей тоже не избежал объятий. Первой его обняла Катя.

– Ты же вчера говорила, что обниматься нельзя?

– Утром можно, – шепотом приговаривала Катя над самым его ухом. – Это другое объятие, объятие души. Ты вчера пытался прижаться ко мне как к девушке, а я сегодня обнимаю тебя как человека.

За Катей последовали Люба и Максим, к ним Андрей прижимался как к матери с отцом.