Лавка Сновидца

– Это говорит та, которая ушла из дома, бросив всех?

Норна замолчала, тяжело дыша. Кажется в таком состоянии я видел её в последний раз как раз тогда, когда она уходила, закинув рюкзак на плечи. Тогда она ещё не носила чёрный цвет.

– Родители так ничего и не сказали, да? – она вдруг успокоилась и села на пол прямо у двери.

– Они тяжело переживали твой уход, – сбитый с толку ответил я.

Норна беззвучно засмеялась, а её чёрные волосы заплясали на плечах. Даже в полумраке было видно, что она сняла свои чёрные линзы и смотрела на мир голубыми глазами, которые, как и я, унаследовала от отца.

– Я забываю, что ты был совсем маленький тогда. – Она покачала головой. – Я хотела занять место у машины, стать наследницей. У меня есть контакт с ней, мы доверяем друг другу. Подружка Буря.

Она замолчала, а я подошёл и сел рядом с ней.

– Я сказала об этом матери, та вспылила, позвала отца. Тот, как всегда, спокойно объяснил, что наследницей мне не стать. Это невозможно. Только мужчина может перенять машину, как мастер снов.

– Востребованная позиция, – покивал я.

Она закрыла глаза, тяжело вздохнула.

– Только вот первый же сон, что мы попробовали сделать, вышел кошмарным.

– Кошмаром?

– Почти, – она усмехнулась. – Мне удалось перенять основу тех снов, что делала мама и даже отец, в чём он вообще никогда не был спецом. Сначала казалось, что всё получится и выйдет круто. Но под моими руками сны вдруг начали плавиться, перерастать во что-то другое.

– А дальше?

– А дальше я попробовала делать всю работу сама, без присмотра отца, и чуть не угробила Бурю и себя. Когда отец меня откачал, притащил домой, мама так наорала на него, что я вступилась за него. А она припечатала меня.

Она замолкла.

– Что это значит? Она ударила тебя?

– Нет, что ты. Это значит, что я лишилась своих сил. Словно из меня вырвали кусок души.

Я сполз по стенке вниз, лёг на пол. Так тело болело меньше – холодный линолеум остужал раны.

– Было очень больно. Мама так испугалась, начала меня баюкать, обнимать, – в её голосе звучали давно отболевшие слёзы. – Но я приняла решение, что пора уходить. Чтобы не провоцировать. Отец старался меня удержать, говорил, что поможет. Но я знала, что некоторые вещи лучше оставить так как есть.

– До сих пор так думаешь? – спросил я.