Лавка Сновидца

Отец Аба родился здесь в Прибалтике и воспитывался в традициях англичан. Зато Аб уже родился в смешанном браке. Несмотря на то, что родители мамы и тёти Валенсии были с Юга, они давно переехали и ассимилировались здесь, что позволило дочерям встретить своих мужей.

Возможно именно поэтому мы смогли найти общий язык с Абрафо: несмотря на странное имя, он всё-таки был близким по духу и воспитанию, как бы сёстры ни пытались делать всё иначе, чем друг у друга. И да, Аб, в отличие от меня, был единственным ребёнком в семье.

Мы пару раз свернули, прошли мимо каминного зала, в котором реально горел камин, и, наконец, вышли в гостиную.

– Я теперь понял, как ты сохраняешь себя в форме, – подколол я друга, скрывая то, как неуютно от таких масштабов. – Наматываешь тут километры по дому.

– Это тебя ещё не заставили стричь газон на участке в полтора гектара, – серьёзно ответил он. – Особенно в дождь.

Его лицо исказила гримаса отчаянья и я понял, что это не шутка. По крайней мере не полностью.

– Небось за то, что уроки плохо делал?

Абрафо поморщился, но промолчал.

– Присаживайтесь, дорогие! А то всё уже остыло! – попросила тётя Валенсия и подала пример, сев справа.

Нам указала на левую сторону, после чего похлопала в ладоши. С кухни высунулась седая голова, а затем появилось округлое низенькое тело работника дома:

– Слушаю!

– Несите! – приказала госпожа Пинч. – И мужа позовите – пусть хоть с детьми поздоровается.

– Как скажете, – седой коротко кивнул, прикрыл дверь и начал отдавать приказы громким голосом, который было легко слышно и за дверью.

Аб морщился и смотрел в пустую тарелку.

– Ну, расскажите, как ваши дела? – обратилась Валенсия к нам. – Я слышала, что вы теперь оба большие начальники, каждый на своей фабрике. Как справляетесь?

– Мама, ты прекрасно знаешь, как я справляюсь. Каждый день отчитываюсь! – напряжённо ответил мой друг.

– Это не отменяет того факта, что мне интересно, не говоря об элементарной вежливости по отношению к гостю, – назидательно сказала Пинч.

– Тогда у него и спрашивай. Тем более, что у него работа поинтереснее моей!

Я с удивлением посмотрела на Аба: обычно такой сдержанный, а здесь почти кидается на мать. Его щёки заливал румянец, кулаки сжаты под столом. Видимо тётя Валенсия достаёт не только мою маму.

– Придержи язык, сын, – раздалось тяжёлое с той стороны, откуда мы пришли. В проходе стоял Пинч – отец Абрафо. – А с юным Сновидцем у нас будет отдельный разговор.