Лавка Сновидца

И шёпотом добавила, чтобы не говорил маме – она тогда очень сильно этого не любила. Хотя что там мой вес для гигантского тяжёлого крана?

Сейчас же мы, три с половиной человека, двигали гигантское семиметровое колесо чисто мышечной силой и основами инженерии: с помощью блоков.

Мы развесили ремни и канаты по помещению, перекинули через балки перекрытия и я, опытный верхолаз, отправился настраивать эту мишуру по заданию Михаила. Он сверялся со своими расчётами на заляпанной бумажке, кричал куда двигаться и что двигать.

С какой радостью я забрался на балки под крышей! Мне показалось, что даже синяки на ногах и руках перестали болеть, когда я взлетал по верёвке, которая была привязана к крюку, вбитому в стену.

– Мартышка! – кричал снизу Аб. – Ты когда в джунглях на стажировке успел побывать? Не думал, что на стенке в спортзале такому учат.

В спортзале не учат. Только на крышах родного города, на его лестницах, узких улицах.

И сейчас, сидя наверху, я наблюдал выстроенную командой систему блоков и канатов, похожую на крепкую основу для паутины гигантского паука. Главной жертвой – или опорой, тут как посмотреть, – была машина в центре, а точнее гигантское колесо Бури. Михаил бегал от верёвки к верёвке, проверял натяжение, напряжение, углы и прочую математическую ерунду, которая позволит относительно небольшим усилием сдвинуть махину и поставить её на законное место.

Новый вал уже поднесли и прислонили рядом с Бурей, проверив предварительно, что он входит в паз. Смазочных материалов натаскали три канистры, не говоря о ведре валиков и кисточек – всё для того, чтобы максимально быстро вставить его, когда колесо окажется на нужной позиции.

Многочисленные верёвки цепко оплетали гигантскую шестерёнку, но, чтобы не повредить древнее дерево, под места крепления намотали ещё больше кожаных ремней.

Только на эту подготовку ушло больше трёх часов и нескольких литров чая с горой бутербродов. Я потратил последние деньги с зарплаты и купил простой, но сытной еды для нашей небольшой команды. Лишних привлекать не хотел, поэтому волю дал Михаилу и его математическому гению, скрытому под невзрачной спецовкой. Он же развернулся в полной мере и превратил производственный цех в филиал паучьего царства.