Город Кондора

 – Мне приказано отключить всё, что напрямую не лишает тебя жизни.

– То есть? – спросил Командор и услышал, что его голос охрип. Захотелось в туалет.

– Кроме сердечного стимулятора и этого бота. И то через 24 часа он отключится. – Он показал на небольшое устройство, которое висело на плече и стремительно заживляло дыру, оставленную куском обшивки.

– Хорошо хоть стимулятор не отключают, – попытался пошутить Кир.

Джон посмотрел на него как на щенка, который пытался пописать на ковёр.

– Мальчик, я понимаю, что ты боец и так далее. Но лучше бы они сразу отключили всё.

– Всё так плохо? – Джон Ву выглядел так, словно собственноручно собирался отрубить Киру голову. И он не ответил.

Инженер жестом указал солдатам уложить бойца на кушетку. Активировал медицинские приборы. Молча ввёл обезболивающее. Запустил программу.

Командор будто со стороны наблюдал за тем, как из его плеча удаляют остатки интерфейса для управления кибернетической рукой, упрощают систему поддержки на ногах.

И только после этого Ву сказал:

– Попрощайся с Мартой, – и нажал на какую-то кнопку.

Кир ничего не почувствовал и даже немного расслабился. После заглушённой, но ощутимой боли удаления имплантов эта процедура казалась фикцией.

«Марта, тебе тоже больно, когда тебя удаляют?»

Нейропомощник не ответила.

«Марта?» – повторил Кир, пока его отстёгивали и поднимали.

«Марта, ответь!» – крикнул он своему сознанию, но она не отозвалась даже тогда, когда его везли сначала по Базе, а потом – в служебном транспорте.

Кир Андора, Командор и лишённый имплантов солдат, продолжал звать Марту и требовать ответа. Иногда вслух. Иногда касаясь рукой затылка. Пока за спиной не щёлкнули замки на двери.

«Неужели тебя действительно… нет?»

Ему ответила тишина, нарушаемая судорожным стуком сердца.

Он остался совершенно один. Снова.

Глава 3. Моё человечество

В тысячный раз Кир звал Марту, и в тысячный раз ему отвечала лишь головная боль. Сон сбежал от громких мысленных и реальных воплей. Он вернулся спустя часы с подмогой в виде ломоты в теле, слезящихся глаз и нарастающего гула в ушах. Запертый, лишённый единственного близкого существа, если так можно сказать про искусственный разум, Кир наконец рухнул и уснул.

Хотя то, что он заперт, Кир преувеличивал.