Месть агента. Роман

Когда уже почти заглянул в окно сильный удар в ухо сбросил меня на землю. Рядом стояли два мордоворота.

– Что подглядываешь? На эту красотку дрочишь?

– Нет, – пробормотал я – просто так, случайно.

– А, трамвай тут в кустах ждешь?

Второй удар пришелся в солнечное сплетение, я потерял сознание. Один из мужиков меня поднял и когда я пришел в себя врезал мне по носу, потекла кровь.

– Еще раз тебя тут увижу, – сказал ударивший – убью и рыбам на корм в Куру выброшу. Пошел вон отсюда!

Достав платок, я приложил его к носу.

Перейдя через дорогу, я оперся на парапет набережной и запрокинул голову, пытаясь остановить кровь. Рубашка была забрызгана кровью, ухо звенело. Я был в бешенстве! Надо же, эта старая клюшка все-таки пожаловалась на меня. И надо же, как дураку, повиснуть на решетке окна. Конечно, били как онаниста. От злости и обиды я скрипел зубами. Ушел – уходи, зачем вернулся? Вот и получил, поделом. Опозоренный и побитый я решил больше не приходить.

4. Майор Арчвадзе 37 год

Когда Роман побитый, окровавленный, опозоренный и озлобленный уходил домой, он не мог видеть стоящую у окна Евгению Петровну. Роман правильно понял, кто вызвал охрану и клял эту женщину на чем свет стоит. Он даже и представить не мог, что весь этот безобидный с его стороны междусобойчик с Нино у дурдома закончится его избиением.

Евгения Петровна видела, как Романа били. Ей было жалко мальчика, совершено случайно вляпавшегося, во что он и предположить не мог. Но была рада, что его застали, когда он подтягивался, держась за решетку, а не за разговором с Нино.

– Побитый, но не убитый. Лучше побыть соглядатаем, чем трупом! – подумала она, когда Роман скрылся из виду. Евгения Петровна, взглянув через плечо на Нино, незаметно перекрестила заоконную пустоту.

В 1921году, когда в Тбилиси вошли части 11-й Красной Армии ничего не предвещало драмы в семье известного и всеми уважаемого фотографа Петра Маргелова. Но, как говорится, человек предполагает, а Бог располагает, никто не застрахован от случайностей и если кто-то случайно выигрывает в обычную лотерею большую сумму, то в небесную рулетку кто-то не то выигрывает смерть, не то, проигрывает жизнь.