В шаге

Он перехватил мой оценивающий взгляд, понял ход мыслей, сказал весело:

– Шеф, прогресс не остановить, сами знаете. Присматриваюсь к желудку, уже тестируют синтетические!

– Да зачем тебе? – сказал я с неудовольствием. – Свой пока справляется?

Он широко и победно заулыбался. Мало ли что совсем недавно был обречён с букетом болячек, зато сейчас поглядывает на дураков с тем же превосходством и жалостью, с каким те смотрят на него.

– Шеф, скажи лучше, куда едем?

Ежевика помалкивает, мордочку сделала таинственной и загадочной, я проговорил с небрежностью:

– Договорился о встрече с Джином.

Он охнул, сказал жарко мне в затылок:

– Самим Фраерманом?

– Ого!.. Я всегда мечтал с ним познакомиться. Его работы просто взрыв мозга!

– Есть шанс, – сказал я. – Пообщаемся в кафешке, это рядом с их небоскрёбом. Давно подбиваю клинья, надо бы сманить к нам.

Он присвистнул.

– Хорошо бы. Понятно, зачем здесь я.

Я улыбнулся.

– Ты ему точно больше понравишься.

Он сказал деловито:

– Мы вдвоём, да?.

Ежевика обиженно взвизгнула, я воззрился на него в изумлении.

– Ты чего?

Он бесстыдно ухмыльнулся.

– Фраерман не весь железный. Я про него кое-что знаю, да он и не скрывает. Напротив, хвастает.

– Хвастает? – переспросила Ежевика. – Тогда он ещё человек.

Вспыхнул экран на лобовом стекле, там полупрозрачный Фауст вгляделся в нас троих с изумлением на лице.

– Шеф, я думал застать вас в каком-то кабаке… Или вы втроём туда как раз и прёте?

– Только четвёртого подхватим, – сообщил я. – Фраермана. Слыхал о таком?

Он охнул.

– Намечается групповуха?.. А я хотел спросить насчёт искусственных аксонов… Ладно, Фраерман так Фраерман. А что он фамилию на ник не сменит?.. Мы с детства называли выпендрёжников фраерами, а тут не просто не скрывает, а выпячивает вместо имени!.

Я кивнул, всё верно, сам он для всех нас давно Фауст, каким однажды появился на форуме трансгуманистов, а не какой-то… как его фамилия?.. в прошлой детской жизни. Фраерман мог бы выбрать что-то более… хотя «Фраерман», надо признать, звучит лихо и вызывающе, даже соответствует его драчливой репутации нападателя на основы современной науки.

– Спрошу, – пообещал я. – Скажу, что ты интересовался.