В шаге

Вход по приглашениям для продвинутых, неужели она умеет больше, чем выдаёт в моем коллективе, с интересом присматривался некоторое время.

В конце после бурной дискуссии небольшое застолье, пообщались ещё и в неформальной обстановке. Расходились с неохотой, даже простая болтовня с умными людьми не в тягость. Некоторые успели в перерывах повязаться, Виолетта поимела Марата, а Ежевика вроде бы занималась сексом с Фаустом и Ведмедевым, как показалось тогда, но вроде бы вязалась без особой охоты, просто шла навстречу соратникам, которым нужно «разгрузиться».

Через неделю встретились на конфе у Батина, пообщались снова. Я поразился, насколько у нас с нею общие интересы, даже формулировки совпадают, вечером ушли вместе и почти до утра бродили по городу, наслаждаясь разговорами так, словно встретились впервые.

Животное начало напомнило о себе дважды, оба раза уступили и наскоро повязались в подворотнях, сбрасывая гормональное давление, и снова наперебой затараторили о наших разработках, донельзя счастливые таким редкостным совпадением взглядов и вкусов.

Когда дошли до её дома, я остановился, посмотрел по сторонам.

– Есть идея…

– Ну-ну? – сказала она задорно. – Вдуть и у двери моего дома? Только не трогай кнопку домофона!

Я покачал головой, не сводя с неё внимательного взгляда.

– Нет, я знаю радость слаще…

– Ой, – сказала она. – Это что, намёк?

– Предложение, – ответил я.

– Согласна, – ответила она, не задумываясь.

Я молча повернулся к проезжей части, вскинул руку, где на миг коротко блеснул огонёк на браслете.

Через пару минут подкатил автобот. Я галантно распахнул дверцу, успев по мобильнику запретить автомобилю делать это самому, Ежевика юркнула на сиденье и нявкнула весело:

– Что теперь?

Я коротко назвал адрес, авто сорвалось с места, словно им выстрелили из катапульты, улицы под утро почти пустые, скоростной режим меняется в течение суток, мы не помним, зато автопилоты соблюдают, на большой скорости пронеслись на одном дыхании до самого дома.

Будь мы постарше, сперва бы соорудили ужин, по бокалу вина, а то и свечи зажгли, вот уж дурацкий обычай, но до старости ещё не скоро, потому сперва поимелись, а потом, не переводя дыхания, она выскочила из постели, а я лениво наблюдал, как сдёрнула со спинки стула мою рубашку и, набросив на плечи, прошлёпала босыми ступнями на кухню.