Ютланд и Мелизенда

– Не бери с меня пример, – предостерег Ютланд, но ощутил, как голос от прихлынувшей ярости становится хриплым и сдавленным. – Будь холод-нее…

Он не заметил, когда в руках очутилось древко боевого топора, но тут же взмахнул, двое отшатнулись, одному достал кончиком лезвия переносицу, а другому снес полчерепа.

– Мелизенда!.. – сказал он с усилием. – Мелизенда…

Еще трое пали под его ударами, а последний, судя по богатой одежде, предводитель шайки, развернулся и ринулся в чащу.

Ютланд рыкнул страшным голосом:

– Стой!..

Разбойник несся через чащу, как вспугнутый олень, ломился через кусты, проскакивал между деревьями, Ютланд едва успевал увертываться от проносящихся рядом толстых стволов, пригибался под низкими ветками, а гнев в нем разгорался все сильнее.

Коричневая спина мелькает впереди, не приближаясь, Алац мчится, как летящий с горы валун, все чаще задевает молодые деревца, те ломаются с треском.

– Стой, – прокричал он, – остановись и отвечай, как мужчина!.. Если ты в самом деле мужчина!

Того уже шатает на бегу, тело раскачивается, однако ухитрился наддать на подгибающихся ногах, но запнулся о корягу, не сумев перепрыгнуть, упал врастяжку.

Когда Ютланд остановил над ним коня, разбойник со стоном повернулся на спину, на потном, искаженном лице уже нет страха, только безнадежное понимание проигрыша.

Ютланд люто поинтересовался с высоты седла:

– Кто?

Разбойник сделал еще несколько частых вдохов, прохрипел:

– Тебе их не достать…

– Многие так говорили, – сообщил Ютланд.

Тот попытался изобразить усмешку.

– Даже многие?

– Ты все равно умрешь, – сообщил Ютланд.

Разбойник покачал головой.

– Нет. Но когда придет смерть, ты ее узнаешь. И вспомнишь меня.

– Я тебя уже сейчас забыл, – ответил Ютланд.

Алац наступил на распростертого человека, под копытами затрещали череп и грудная клетка. Ютланд равнодушно смотрел вперед, мужчины не женщины, по пустякам не оглядываются.