Трое в Песках

Олег проводил их сожалеющим взглядом: самое трудное опять ему! Сцепив зубы, ударил Агимаса кулаком в лоб. Голова мотнулась, едва не слетела с плеч. Бывшего тцаревича отшвырнуло к стене, там и остался с неестественно вывернутыми руками. Глаза бессмысленно смотрели в потолок.

– Мог бы подсказать решение лучше, – сказал Олег с упреком, стараясь снять чувство вины. – Сам видишь, надо спешить.

Когда он добежал до комнатки, куда убрали их оружие, оттуда неслись, как два вихря, Мрак и Таргитай. В руках оборотня страшно блистала гигантская секира, а Таргитай сжимал золотой Меч – уже обнаженный, рассыпающий синие и темно-красные искры.

Когда Олег с бронзовым посохом взбегал наверх, оттуда неслись крики и лязг металла. По ступенькам скатывались убитые и раненые. Олег перепрыгивал, прижимался к стенам, пропускал и мчался снова, но догнать не мог – лютый волк-оборотень и дудошник рубили растерявшихся врагов, как сочную траву.

У последнего зала ноги скользнули по лужам крови, внутренностям и соплям, хрустели выбитые зубы.

Впереди слышен страшный крик умирающих от жутких ран, ругань, звон металла. Пахло потом, кровью, неизбежной смертью. У Олега сжалось сердце и подогнулись колени.

Врагов осталось пятеро, но, когда Олег подбежал, двое рухнули, а еще двое сдвинулись, пытаясь закрыть Лиску, – красноволосая сидела на полу, опираясь о стену. Лицо было бледным, губа закушена. Шлем съехал на ухо, выпустив на свободу роскошные ярко-красные волосы. В левой руке вяло сжимала узкий меч.

– Держитесь! – заорал Олег еще издали.

– Да уж, – прохрипел Мрак. Наискось рубанул еще одного. – Пропадем без тебя.

Лиска, завидев Олега, как зверек взвилась на ноги. Правая рука висела как плеть, на бледном лице желтые глаза вспыхнули, как два солнца. С хриплым криком шагнула вперед, еще один рухнул под ударом Таргитая, она осталась одна против троих людей в звериных шкурах.

Мрак и Таргитай разом отступили. Дышали тяжело, с хрипами. Кровь забрызгала обоих, а до пояса в крови так, словно переходили красную реку.

Переглянулись, словно два хитрых волка, замысливших пакость. Олег увидел на лицах одинаковый хищный оскал. Отступили еще, оружие опустили, а Таргитай с великим облегчением еще и вложил Меч в ножны, лихо швырнул за плечо.

Рыжеволосая вскрикнула жалобно, как раненая птица:

– Умри, противный раб!

Олег едва дышал от бега по лестнице. Колени подгибались, с трудом отбил посохом слабый удар ее меча.