Трое в Долине

Это сделал ты?

Мрак качнул головой:

– Не я, но моей заслуги нет в такой мудрости. Я сидел с тобой, да и… мне просто все равно, сколько из вас выживет. Но кто-то из моих спутников не стерпел… И, кажется, я знаю, кого подвело доброе сердце!

Лица всех четверых превратившихся в деревья были спокойными, даже счастливыми. Светло-зеленая кожа медленно грубела, превращаясь в кору, но Мрак чувствовал, что еще не одну неделю их человеческие лица будут напоминать о трех злобных и глупых пришельцах.

– И ничего нельзя? – вырвалось у него.

Вождь покачал головой:

– Человеком быть трудно, а деревом – легко и счастливо. Потому так силен зов каждого к воде, сырости, а в своих снах видим, как счастливо пускаем корни, как человеческое сознание меркнет, а мы погружаемся в бездумное счастье… Потому у нас каждый шаг окружен запретами! Нам многое нельзя, иначе – ты видишь… всего шаг отделяет от бездумного существования. Трудно быть человеком!

Сердце Мрака стиснули холодные лапы ужаса. Он чувствовал, как похолодели губы.

– Нам тоже нельзя многое. Иначе превращаемся в зверей.

Издали послышались сильные голоса. Толпа расступилась, но и поверх их голов было видно рослых изгоев. И Таргитай, и даже Олег шли уверенно, напористо. У обоих за плечами походные мешки, оба собрались идти в лес прямо сейчас. Мрак сжал челюсти, шумно выдохнул дважды, стараясь сдержать слепую ярость. Голос его был страшнее медвежьего рева:

– Тарх, дрянь!.. Ты хоть понимаешь, тварь, что сделал?

Таргитай гордо вскинул голову:

– Да, это я освободил! Бейте меня, мучайте! Но я не могу, когда люди страдают.

Толпа зашумела, Олег тревожно оглядывался. Потом его зеленые глаза уставились на молоденькие деревца. Мрак увидел, как щеки волхва стали белыми как снег.

– Ты освободил их! – прорычал Мрак. – Освободил от жизни! Смотри.

Таргитай обиженно хлопал глазами. Олег повернулся и бросил что-то резкое. Таргитай сперва вскинул брови, лицо сохраняло глуповато-упрямое выражение, потом кровь отхлынула, щеки стали воскового цвета.

Олег обошел деревца вокруг, одно осторожно потрогал. Брови сшиблись на переносице, что-то прикидывал, но когда посмотрел на Мрака, в зеленых глазах было отчаяние.

– Нет, – ответил он на немой вопрос. – Мрак, мы опоздали. Они сами не хотят возвращаться!

– А если силой? Разве нас не пороли?

– Мрак, их разум уже гаснет… А у кого еще не погас, то уже все равно успел ощутить, как это сладостно – быть деревом! Просто деревом.