Трое в Долине

Ведьмы, ведьмаки, двоедушники, оборотни…

Мрак предостерегающе рыкнул:

– Что-то ты больно мудрый стал. Убивать пора.

– Мрак, – сказал Олег торопливо, – это ж не я сказал, а так теперь случается, что и сами люди становятся оборотнями! Правда… словом, так принято считать, хотя само деление на чистых и нечистых придумано людьми, а раньше кто знал, чист он по людскому мнению или нет?.. Сегодня нечистые одни, завтра – другие. Но сегодня в нечистые попадают еще и проклятые родителями, вступившие в союз с самой нечистой силой и продавшие ей души… Ладно, перечислять долго.

Наступила нехорошая тишина. Таргитай сказал несчастно:

– Но нам с ними же не драться?.. Надо только с теми договориться, которые не люди?

Мрак грозно указал на полыхающий костер:

– Ты зубы не заговаривай! Костер загаси. Негоже оставлять в лесу.

– Мрак! А как загасить?

– Не так, как ты делаешь, бесстыжий! Затопчи… нет, такой не затопчешь.

Олег с беспокойством смотрел, как несчастный Таргитай вырывает целые пласты земли, швыряет в пылающий столб, там исчезает все, а огонь не уменьшается. А когда Таргитай приволок каменные плиты, еще сырые снизу, и тоже швырнул в оранжевый столб, Олег задержал дыхание. Пламя даже не качнулось, бьет огненным столбом на высоту в два человеческих роста, с его вершинки в небо уносятся щелкающие оранжевые искры.

– Я ж говорил, – сказал он тоскливо, – а ты: зажигай, зажигай… Зажечь легче, чем гасить.

– А если волхвовством? – поинтересовался Мрак.

– Где-то с пятой или десятой попытки затушу, – ответил Олег, – но сколько натворю… Да и как загашу? Вдруг здесь земля провалится в преисподнюю, а там в ледяном мраке все погаснет?

Мрак подумал, коричневые глаза с беспокойством смерили высоту огненного столба:

– Не надо. Что случится в тридесятом царстве, мне до червивых грибов, пусть ихние колдуны отвечают, а вот трескать землю ты умеешь лучше всего, это признаю… Ладно, уберите хворост подальше, а это пусть горит.

– Ну, уж так сразу, – возразил Олег уязвленно, ибо Мрак все почитание богов свел к человеческой дурости.

– А что? Человечек всегда ищет, кому бы поклоняться. Хоть пню, но кланяется. А ведь Род особо сотворил то, чему человек должен поклоняться.