Трое в Долине

Их тряхнуло дважды, словно Олег пытался остановить кокон, тяжесть едва не разорвала их на части, потом снизу люто ударило, пальцы расцепились, они покатились… по твердой земле!

Глава 3

Таргитай перевернулся через голову, его внесло в темные зеленые заросли орешника. Там был треск, вопль, но выбрался, хоть на четвереньках, но сияющий, глаза блестят от восторга.

– Олег!.. Как я трясся, когда думал, что придется слезать, как и залезали в тот раз – по Дереву!.

Олег лежал на спине, раскинув руки. Дыхание вырывалось с хрипами, орлиным клекотом. Грудь вздымалась высоко и часто, а ребра скрипели, как несмазанные петли городских врат. Волчовка распахнулась, открывая широкую костлявую грудь, а живот ввалился так, что сквозь мокрую от пота кожу жутковато выпячивались кольца спинного хребта. Бледный и сразу исхудавший, он был похож на тех бедолаг, которых освободили из темниц Ящера.

Мрак поинтересовался рассерженно:

– Ну и куда нас занес?

– Занесло, – поправил Олег дрогнувшим голосом. – Я ж не обещал, что прямо к столу, а Таргитая на печь.

А Таргитай вступился за измученного волхва:

– С небес снял, и то ладно! Это ж сколько бы нам слазить?

– Слезать, – поправил Олег занудливо.

Мрак покосился на него изумленно: едва душа в теле, а за свое, прорычал:

– С кем я связался? Одному только бы не богом, второй – как только в землю не промахнулся… Правда, если пальцем в небо попадает, то и в землю как-то сумел…

Олег, лежа, как распластанная рыба на берегу, все же пытался осматриваться, нюхал воздух, вызвав у Мрака злую гримасу.

Лиска первой приподнялась, подползла к волхву. Ее желтые глаза с любовью и страхом впились в его лицо, она потеребила его за щеку:

– Олег!..

Кора со стоном повернулась, глаза ее смотрели в разные стороны.

– Олег, это я, Кора… Очнись, ты нам нужен!

Мраку единственному не повезло: сгоряча не ощутил боли, когда грохнулись с небес, но теперь чувствовал, как по ноге бежит горячее, мокрое. Ломаясь, кустарник распорол острым суком ногу чуть выше колена.