Трое из Леса. Вторая трилогия

Твердая и широкая, как дверь, спина Вырвидуба напрягалась, Мрак чувствовал, как вздуваются тугие узлы, но все-таки нашел, судя по всему, больное место, Вырвидуб хрипел, дергался, но, когда Мрак выворачивал руку из плечевого сустава, тот сникал и снова тыкался мордой в грязь.

– Я тебя заставлю, – прохрипел Мрак, – рылом хрен копать!.. Не хвались, на рать идучи… жри землю, жри!.. Наперед не угадаешь, кому по ком плакать.

Все видели, как на спине этого человека вздулись широкие пластины, похожие на темно-багровые плиты гранита, дрогнули, словно человека ткнули шилом, послышался хруст ломаемого дерева.

Вырвидуб судорожно дернулся, едва не сбросил Мрака, того даже подбросило в воздух, но упал Мрак ему на спину, а руку заворачивал сладострастно, уже знал, каково Вырвидубу, одновременно снова сделал захват поперек груди, навалился, сдавил. Был хруст, затем треск, хлопнуло. Тело Вырвидуба распласталось во всю длину, только руки и ноги еще дергались, скребли землю.

Мрак тяжело поднялся, разогнул спину.

В глазах был красный туман. Сперва решил, что все еще от ярости, но мокрое ползло и капало с подбородка на голую грудь. Он провел ладонью, в глазах чуть очистилось, но ладонь стала красной.

– Пень, – выругался он зло и пнул поверженного, у которого кровь если и есть, то явно не красная, а значит, ему досталось тоже. – Сучок поганый… Вот сожгут тебя, будешь семь лет гнить, вспоминать, как я тебе спину ломал!

Мокрый, как выдра, грудь ходила вверх-вниз так мощно, что ребра то резко натягивали кожу, то исчезали в глубине.

Народ еще прятался в хижинах и за деревьями, только крохотная группа вокруг вождя оставалась на месте. Копья в нетвердых руках качались, как ветви под ударами ветра, но все еще направлены в сторону схватки.

Мрак еще раз пнул поверженного противника, с трудом перекатил на спину. Вместо лица была налипшая глина. Даже глаз не видно, а рот забит грязью. Толстый ствол туловища смят, из-под сорванной зеленой кожи обильно течет белесый липкий сок.

Вождь раздвинул воинов, приблизился.

Мрак с трудом вздохнул, чувствуя, как ребра цепляются друг за друга, сказал хриплым мужественным голосом:

– Ты того, батя… фу… здоровый был мужик!.. Ты нам ничем не обязан, сами как-нибудь доберемся.

Вождь поколебался, голос его немного сел:

– Я знаю. Но доберетесь… не скоро. Теперь я могу отлучиться из племени.

– Смотри, – предостерег Мрак. – У тебя дел много!

Вождь встретил его взгляд:

– Знаю, о чем ты. Но они не решатся.