Трое из Леса. Вторая трилогия

Он начал оглядываться, всерьез собираясь разводить огонь среди болота, уже мысленно разделывая жирного гуся, но Мрак, уже забыв о них, осторожно двигался вперед, куда указала берегиня.

Олег ощутил смутное сочувствие к недалекому дурню:

– Тарх, я могу горы сдвинуть, а щепку не умею… А сам знаешь, щепки в жизни нужнее. Ну а ты вовсе… Наверное, можешь звезды туда-сюда! А кому это нужно, если человек видит только свой огород, жену соседа и корытце с брагой?

Болото с каждым шагом становилось ужаснее, один Таргитай шел без страха.

Мешок за спиной оттягивает толстый, как воевода, гусь, дудочка тоже с ним, на привале поиграет, надо только не лезть впереди Мрака, а то рассердится, а потом, у костра, когда поедят и станут добрее, он им сыграет новую песню.

Впереди ровное поле с кочками мха внезапно выгнулось горбиком. Секира сразу оказалась в руках Мрака, словно сама прыгнула, Таргитай смотрел с любопытством, Олег опасливо остановился, а на верхушке горба мох треснул, развалился, опал по обе стороны.

Из болотной дыры, опершись перепончатыми лапами о края, на них смотрело нечто в блестящей слизи. Выпуклости глаз были такие же серые, как и весь упырь, Таргитай не сразу их отыскал на лысой голове, что сразу переходила в туловище. Казалось, что по его телу сползают волны слизи.

Упырь был в трех шагах впереди, можно обойти как справа, так и слева, но Мрак остановился, помялся, буркнул:

– Слышь, мужик… тут к тебе вопросец имеется.

И отступил, давая место Олегу.

Волхв тоже замялся, упырь вылез чересчур неожиданно, нет заготовленных слов: «Приветствую тебя, блестящий и древний…»

Упырь смотрел хмуро и недвижимо. Когда заговорил, а скорее проквакал, под горлом раздулся белесый пузырь, совсем как у лягух, что живут на дереве, хотя должны бы дуться по бокам морды, как у лягух с болот:

– Кто вы, посмевшие нарушить покой Великого Болота?..

– Всего лишь люди, – ответил Олег с таким смирением, что Мрак едва не вбил его в болото по самые ноздри.

 – Простые люди, короткоживущие!.. А вы древний народ и мудрый.

Упырь слушал неподвижно, глупо блестящий. Слизь сползала и сползала, то ли вырабатывалась в нем бесконечно, то ли это только казалось, а на самом деле под кожей двигались упырьи мускулы. На плече прилип комок мха, так и остался, а если бы слизь сползала настоящая, то мох, как сказал себе Олег успокаивающе, сполз бы тоже.

Таргитай вздрогнул от квакающего голоса:

– Люди здесь не ходят.