Трое из Леса. Вторая трилогия

Мрак тронул коня каблуками, на воеводу даже не повел глазом, проехал мрачный и угрюмый, похожий на старую скалу, обросшую мхом.

Земля вздрагивала, синее небо затянуло сизыми с окалиной тучами. Внезапно возле леса взметнулся столб огня и дыма, пробежал извилистой полосой. Открылась трещина, вылетали выброшенные незримой силой раскаленные камни, оставляя в небе дымные следы, а струи огня били ярко и высоко.

– Олег, – сказал Мрак предостерегающе, – да черт с ними!

Олег, бледный и с плотно стиснутыми губами, дышал глубоко, глаза прикрыл, Мрак и Таргитай видели, с какими усилиями пытается успокоиться, а трещина дрожала, то пытаясь расшириться, то начинала сдвигаться, покоряясь магическим силам.

– Черт с ними, – повторил Мрак. – У нас своих дел… Всех не перебьешь. Они ж все такие!

Олег выдавил сквозь стиснутые зубы:

– Но почему?

– Да потому. Просто потому.

– Но я ж… я ж не такой?

Мрак отшатнулся:

– Слава богам!

Деревья приближались темные, большие, ветви высоко, но солнечные лучи свободно просвечивали сквозь редкую листву.

Когда налетел внезапный ветер, деревья тревожно зашумели, листья сорвало во множестве. Мрак сказал успокаивающе:

– Да ладно тебе. Плюнь.

Олег вздохнул:

– Это ветер. Просто ветер.

– Не твой? – усомнился Мрак.

– Я ветрами еще не умею, – объяснил Олег нехотя. – А те, что после обеда, не в счет.

– Это к добру, – успокоил Мрак. – Зачем нам буреломы на месте леса? Таргитай снова портки изорвет… А то и вовсе перепаханное поле. Не думал, что ты так… Рыба рыбой, тебя разъярить – так уж не знаю, что и надо. А тут из-за ерунды!

– Ерунды? – сказал Олег с горечью. – Это же люди! Или не люди? Мир гибнет, а они друг друга за волосы таскают!

– Как раз это по-людски, – согласился Мрак хладнокровно.

Таргитай догнал, в руках свежесрезанный прут, спросил ошалело:

– А? Что? Где?

– Кто где?

– Еда где, – пояснил Таргитай. – Мы ж уехали не пообедав. А они там Змея жрут! Там же мяса на три деревни хватит. А еще и бродяг накормить можно, а то все равно протухнет. В речке же мясо не притопишь, там всегда война… Река ничейная, они ж уже триста лет рыбы не ели!

Глаза его стали у самого круглые, как у большой рыбы, а рот распахнулся.