Трое из Леса. Трилогия

Волхв догнал их не скоро, зато прыгал, как лосенок. Похоже, свет за Краем Мира уже не казался таким ужасающим.

У Мрака начали хищно подрагивать широкие крылья носа. Изгои видели, как оборотень настороженно оглядывается, посматривает вверх. Их все чаще обгоняли пчелы, толстые и гудящие тяжело, с грузом. Таргитай беспечно напевал песенку, Олег же спросил встревоженно:

– Беда?

– Непонятное впереди.

– Значит, беда, – сказал Олег убежденно.

Он взялся за обереги, суетливо щупал, другой рукой делал отгоняющие жесты.

Впереди показался холмик, близился. Огромная человеческая голова, размером с козу, лежала прямо на земле, упираясь подбородком в стебли травы. Длинная седая борода и серебряные волосы покрыли половину лужайки. Белые волосы на лбу придерживал железный обруч шириной в две ладони и толщиной в два пальца. На густых бровях сидели нахохленные воробьи. Когда невры приблизились, птички с недовольным чириканьем взлетели, а огромные, как щиты, набрякшие веки медленно пошли вверх.

– Живой! – ахнул Таргитай.

Все трое попятились так спешно, что Олег и Таргитай даже брякнулись на спины. Один от ужаса, другой от неожиданности, но брякнулись позорно. Мрак пораженно качал головой:

– Ты кто, мужик?

Огромные, как побелевшие на солнце валуны, глаза уставились прямо перед собой. Белки были желтые, полопавшиеся от сухости и зноя, кровяные жилки набухли, лопались от непонятных усилий, но все же глаза были глазами разъяренного воина. Мясистые губы, тоже покрытые корочкой от сухости и пыли, шелохнулись, мощный голос прогудел:

– Мимир… я – Мимир! А кто вы, дерзкие?

– Люди, – ответил Мрак.

Брови сдвинулись, на переносице заскрипела крепкая, дубленная ветрами и морозами кожа.

– Я – Мимир, – прорычал он. – Мимир! Хозяин медового источника!

Ноздри Мрака снова задвигались. В теплом воздухе пчелы гудели мощно, довольно.

– А где твой мед? – спросил он. За его спиной Таргитай шумно потянул слюни, сглотнул. Глаза певца стали голодными, как у стаи волков.

– Мед мой, – прорычал Мимир еще грознее, – он же мед мудрости! И всякому бродяге недоступен. Я сторожу с начала времен… Сам Один – бог богов! – за глоток… глаз в залог! А что могут безродные бродяги? Никчемные изгои?

Таргитай пощупал свои глаза, попятился.