Трое из Леса. Трилогия

Однажды видели с дюжину кибиток, что тянулись по берегу, но степняки на них не обратили внимания. Когда проплывали мимо высокого крутого берега, из широких темных нор вылетали странные звери. Размером с крупных собак, но летающих собак невры звали кожанами, те летали только ночами, этим же яркое солнце нипочем, скользят на страшных когтистых крыльях над самой водой, хватают огромными когтями рыбу прямо из реки.

Один крылатый зверь увидел людей на бревнах, быстро помчался над водой, возле плота резко взмыл вверх, по неврам ударила волна зловония.

Мелькнули горящие красные глаза нетопыря, мелкие острые зубы были свирепо оскалены.

Мрак мгновенно наложил на тетиву стрелу. Зверь завизжал яростно, понесся зигзагом, не сводя с невров нечеловеческих глаз, взмыл и растворился в синем небе.

– Понимает? – удивился Мрак. – Добро, что в Лесу зверье подурнее. А то бы наголодались наши охотники, особенно Громобой…

Он не договорил, что Громобой и так ненамного умнее зверей, на которых охотится, ибо в небе мелькнули уже три кожана – пронеслись над плотом.

Таргитай подпрыгнул, когда у ног звучно что-то ляпнулось. Волна смрада стала сильнее. Он с омерзением смотрел на зеленоватое пятно, что разбрызгивалось на бревне, но в следующий момент услышал испуганный вопль Олега:

– Мрак, стреляй! Их сотни!..

Из нор вылетали все новые кожаны, воздух зарябил от множества крылатых тел. Все как один устремились к плоту, на бревна посыпались жидкие экскременты. Олег упал на колени, его выворачивало, а Мрак зло опустил лук.

Стрела, которую накладывал на тетиву, без наконечника, и подшибить кожана на лету нечего и думать.

– Тарх, – крикнул он, – отводи плот от берега! Здесь утопят в дерьме.

Таргитай и сам видел, что высокая круча тянется на версты и везде источена норами. Он бросился к рулевому веслу, налег, задерживая дыхание, спросил только:

– А если опять пороги?

– Ты совсем дурак? – заорал Мрак. – Лучше разбиться, чем утонуть в дерьме!

Таргитай отчаянно заработал веслом, Мрак ухватился за древко рядом.

Олег поднялся, бледный и сразу похудевший, прохрипел:

– Мы погибнем, если… Мы отравимся…

– Не надо нажираться, – прохрипел Мрак. Он свирепо орудовал веслом, тяжелый плот рывками отодвигался от берега. Над головой стоял неумолчный крик, словно сотни ножей скребли сковороды. На бревна, на головы и плечи невров беспрерывно шлепались горячие жидкие экскременты. Воздух стал плотный и удушливый.

Тело жгло, невыносимо зудело.