Трое и боги

Олег посоветовал:

– В следующий раз, когда попадешься на глаза, я раздеру тебя, как жабу. Понял?

– Понял, – сказал тот торопливо.

Кора проводила его сожалеющим взглядом.

– Проводить бы пинками… Ты силен и отважен, варвар. В наших краях мог бы стать военачальником.

– Зачем мне?

Она едва не захлебнулась супом.

– Как зачем? Свергнешь короля. На троне сидели и поглупее тебя.

Олег посмотрел на свои огромные руки. За время квеста их обвили тугие жилы, так и вздуваются под кожей, темной и толстой, кулаки как две кувалды.

С ними волхвом не выглядит, нечего обижаться.

Подозвал хозяина:

– Там, как я заметил, осталась неплохая лошадь. Мне ни к чему. Возможно, знаешь бедную семью, кому нужнее.

Лицо хозяина посветлело.

– А чо долго искаться… У Пака вчера издохла кобыла. А у него трое голодных ртов. А за это похоронит это… ну, заодно посмотрит сапоги. У них вроде бы один размер.

Олег и Кора ели уже не торопясь. Хозяин торопливо стер кровь со стола и сам принес блюдо с истекающим соком жареным гусем.

Печеные яблоки, зелень и лук пропитались подливой, источали зазывные ароматы.

Олег ел неспешно, он всегда ел неспешно, ну почти всегда, а девица быстро наклевалась и посматривала на могучего варвара украдкой. У него были странно благородные манеры, словно воспитывался в царской семье. Впрочем, он вполне мог быть странствующим принцем. Пока отец носит корону, этот скитается по свету, потом будет нельзя. Нельзя и некогда. Мир смотрит, а заодно и подбирает себе по сердцу…

Жаркая краска прилила к щекам.

Сердечко заколотилось чаще. А почему бы и нет? В ее жилах, как не раз рассказывала мама, течет кровь древнейших правителей. Это в их Вечном Городе на это никто не обращает внимания, но у варваров благородное происхождение должно цениться…

Они уже пили легкое вино, когда в корчму вошел крупный мужчина. Олег ощутил толчок: от незнакомца веяло грозной мощью. Такое впечатление произвели на него горы, когда увидел впервые. Тот двигался неспешно, по-медвежьи, но за ленивой грацией была кошачья гибкость и стремительность большой змеи.

Ворот распахнут, под темной от солнца кожей двигались толстые, как змеи, мускулы.

– Не горбись, – прошептала Кора страстно. – Он идет сюда… Ты его сейчас отлупишь?

– С чего это?

– Ну, мужчины любят подраться.

Мужчина остановился перед их столом. Олег грыз кость, держа обеими руками, вино пока отставил. Сердце колотилось часто, чуя беду, но усилием воли заставлял себя не поднимать глаз.