Трое и боги

– Мы винимся и готовы заплатить за ущерб. Таргитай, слезай с помоста! Мрак, поторопи дурня.

В толпе расступились уже без страха, с сочувствием. Мрак сдернул дурня с помоста, потащил через площадь. Его даже похлопывали по плечу, утешали. Обиженного богами грех обижать людям.

Таргитай стряхивал кровь, размазывая по лицу. Распухшие, как оладьи, губы едва шевелились.

– Неправильно… Все равно… неправильно…

– Захлопни пасть, – зло оборвал Мрак.

На удаляющемся помосте Олег торговался с отцами города. Девушку снова прикрутили к столбу.

Таргитай в последний раз оглянулся, сгорбился, как ворона под дождем.

– Нельзя так…

– Так устроен мир, – оборвал Мрак. – Ты знаешь, что натворил? Олег тебя убьет. Последние деньги! Теперь ночевать под забором, а на ужин разве что погрызть землю?

Таргитай сразу ощутил сосущую пустоту в желудке. Есть захотелось так, что услышал запахи всех окрестных кухонь.

– Неужто отдаст все? – спросил он тревожно.

– Дурость обходится дороже, чем мудрость.

– Но дурней… вроде бы больше…

– Потому и жизнь такая собачья, – оборвал Мрак свирепо.

Таргитай еще пуще размазал кровь, а когда их догнал разъяренный Олег, вовсе захромал, другую ногу подволакивал, загребая пыль. Мрак подставил плечо, Олег метнул разъяренный взгляд, но сжалился, смолчал.

Кровь все еще капала на землю, правую ногу Таргитай тащил как бревно. Прохожие пугливо жались к стенам, один все же спросил сочувствующе:

– Куда вы его? Что с ним хотите сделать?

Мрак зло оскалил зубы:

– Где тут за одного битого двух небитых дают?

Прохожий выпученными глазами долго провожал странных менял.

– За одного недобитого!

– А прибитый и недобитый не одно и то же?

– Эх, Мрак… Зря мы вмешались. Эти горожане сразу бы сняли с нас половину забот.

Таргитай всхлипнул от жалости к себе:

– Это я заботы? Ну и бросьте меня. Пусть пропаду! Вам же стыдно будет.

– Стыд не дым, глаза не выест, – ответил Мрак хладнокровно.

– А вот выест!

Мрак предложил:

– Олег, давай его прирежем, чтобы не мучился?

Таргитай перестал прихрамывать и постанывать, даже забежал вперед, но теперь даже Олег остыл, лишь бросал по сторонам голодные взгляды. Луна поднялась настолько яркая, блистающая, что ночь в Вечном Городе можно бы спутать с сумрачным днем, если бы не черное как деготь небо с роями крупных и блистающих, как алмазы, звезд.