Святой Грааль

– Что значит святость… Пещерная ученость, хотел сказать! Встречал монаха, который ругался на двенадцати языках, а теперь вот… гм… человека, что понимает шакалье…

– Какие шакалы? Это разбойники перекликаются.

У калики был такой будничный вид, что Томас переспросил ошарашенно:

– Раз…бойники?

– Они, родимые! Нас ищут.

Чачар смотрела на мужчин с надеждой, и Томас гордо расправил плечи, надменно похлопал по рукояти меча:

– Кто ищет, пусть найдет.

Глава 11

Воздух накалился, струился как песок.

Томас сидел на коне в своих едва не плавящихся доспехах, наконец, глядя на полуголого калику, содрал их с себя, но большого облегчения не получил. Особенно страдали от зноя кони, и Томас, знакомый с бытом местных кочевых племен, предложил:

– Можно ехать ночами! Дорога ровная, мы не в лесу, не в горах. Едь хоть с закрытыми глазами – о дерево морду не расшибешь. Ночи яркие, полнолуние, а луна здесь огромная – на полнеба! Я раньше думал, что одна луна и здесь, и над Британией, но теперь своими глазами увидел, что вовсе нет.

Здесь даже звезды крупнее и ярче!

Олег не спорил, а Чачар даже завизжала от восторга. Она страдала не только от жары: как и все обливаясь потом, обнюхивалась брезгливо, стремглав неслась к любому ручью, обгоняя мужчин, стирала и перестирывала одежку, подвязывала к поясу пучки травы, что должны были отбивать или хотя бы поглощать дурные запахи распаренного тела.

Олег усмехнулся, смолчал.

Среди ночи он загасил костер, безжалостно разбудил обоих:

– Вы сами этого хотели!

Поднялись, проклиная бесчувственного паломника, кое-как оседлали коней и отправились по ночному холоду.

Над головами выгибался огромный темный купол с густыми россыпями звезд.

Крупная луна светила как фонарь из промасленной бумаги. На земле различался самый крохотный камешек, любая малая травинка. Томас с удивлением увидел, что не они додумались первыми: по степи шмыгали ящерицы, важно бродили и щипали траву черепахи, дорогу пересекла колонна крупных черных муравьев: пользуясь прохладой, бережно переносили нежные молочно-белые куколки – завернутых в тончайший шелк своих детей, ибо знойное солнце явно сожгло бы их беззащитные тельца.

Томас даже остановился, пропуская колонну, и Олег смотрел на рыцаря с удивлением, словно увидел заново: в блестящих доспехах Томас был похож на огромного муравья, как сами муравьи казались крохотными рыцарями.

– Не переждешь, – сказал Олег негромко. – Всю ночь будут идти на штурм своего Иерусалима.