Сулла бы одобрил

Как здорово увидеть человека, который не коуч, не менеджер, не шоураннер и не стремится в ситкомы!

Странно, мелькнула мысль, вот смотрю на ее четко очерченную грудь, а в сознании всплывает вопрос, а могу ли вдуть ей, когда я вот в таком странном облике. Мы оцифровывали только мозг, но и эти хтонные страсти как-то сохранились где-то на краю гипоталамуса. Или в той части, что оцифровалась, а в теле только управляемые ими органы.

Стройная, красивая, с крупными серыми глазами, внимательный и оценивающий взгляд, глаза с подводкой, макияж почти не заметен, фигура отточена фитнесом и силовыми упражнениями.

Со стороны кухни появилась официантка, высокая и длинноногая, как они делают эту длинноногость, совсем не осталось коротконожек, ноги брекетами не поправить, красиво и грациозно приблизилась. Кофточка расстегнута, чтоб посетители могли оценить эти вздутые холмики нежной плоти с чуточку выглядывающими краями розовых альвеол, чем заметнее сиськи, тем выше чаевые, профессионально приветливо улыбнулась и произнесла доверительным ГОЛОСОМ:

– Что изволите?

Маргарита лишь повела на нее глазом, официантка не может быть соперницей, в современном мире классовые различия становятся все заметнее.

– Мне кофе, – сказал я. – Крепкого и горячего, а моей спутнице все, что возжелает!

Маргарита ответила хмуро:

– Тоже кофе. Можно пару сахарного печенья.

Девушка улыбнулась, если мужик сам приоткрывает щель в своей броне, чтобы его раскрутили, надо пользоваться, зачем ограничивать себя чашкой кофе, но молча кивнула и записала в крохотный блокнотик настоящим карандашом.

– Погода взбесилась, – сказал я светски, о погоде всегда можно говорить и со всеми, – то ли Арктика вот-вот растает, то ли снова ледниковый период.

Она ответила с холодноватым презрением:

– Мы не доживем, а у потомков будет больше возможностей, чем у нас.

Я доживу, мелькнула мысль, Солнце погаснет, а я буду жить. Где-то и в каком-то виде зависну в холодном и пустом космосе. И буду создавать свой собственный мир, собственную вселенную, и стану в нем Богом. За семь дней вряд ли успею, но кто сказал, что сутки должны быть земными, если и Земли еще не будет, а не галактическими?

– Это верно, – ответил я миролюбиво.

Официантка вернулась с двумя чашками на подносе и блюдцем с горкой сахарного печенья.