Передышка в Барбусе

Что еще?

– Да ничего особенного, Ваше Величество, – ответил Аспард с поклоном. – С тех пор как вы запретили докучать вам разными мелочами, все это решают ваши советники. А вы наслаждаетесь… ну, звездным небом.

Мрак подумал, кивнул, снова подумал, что он мог бы понаслаждаться и чем-нибудь попроще, чем высокое звездное небо, это больше для Таргитая или Олега, а он мог бы местом отдыха сделать кухню да винные подвалы Его Величества…

– Лады, – сказал он, – если надо итить, то надо итить. Хоть и тцар, а службу служить надо.

Мы все на службе Отечеству. Верна?

Аспард вздрогнул всем телом, вытянулся.

– Верно, Ваше Величество!

– Вольно, – разрешил Мрак.

Он поцеловал жабу в умную, но уже обиженную и расстроенную морду, сказал строго:

– Жди! Жди, поняла?.. Я вернусь, тогда поиграем. Эй, Аспард!.. Надо бы кого-нибудь присобачить для нее…

– При… присобачить?

– Ну, прижабить.

Аспард подумал, сказал нерешительно:

– Там в приемную уже сходятся придворные… Желаете сами выбрать?

Мрак отмахнулся.

– Не тцарское это дело. Я тебе доверяю.

Аспард поклонился, отступил, устрашенный. Мрак проследил, как он выскользнул за дверь, там слышались удивленные голоса, наконец Аспард снова распахнул дверь.

Первым вошел высокий сухощавый мужчина с донельзя благородным, холеным и высокомерным лицом. Выглядел он молодо, хотя в иссиня черных волосах блестели серебряные пряди. Мраку он показался уж очень красивым: лицо худое, с острыми-чертами, высокие скулы едва не прорывают кожу, нос с горбинкой, орлиный, а в глазах… только в глазах что-то странное, ведь чувствуется же, что там бушевал пожар отваги и натиска, а сейчас то ли погас, то ли тщательно упрятан от чужих глаз.

Придворный и на Мрака посмотрел свысока, хотя и поклонился, бросил взгляд на Хрюндю, брови его взлетели на лоб, он с осуждением покачал головой.

– Манмурт вызвался сам, – сказал Аспард. – Мне не пришлось даже руки выкручивать, бить по голове и все такое.

Придворный, о котором Мрак уже знал, что его зовут Манмуртом, снова поклонился, но опять же едва-едва.

Лицо его оставалось надменным, застывшим. От него вкусно пахло, красиво завитые волосы блестели, а ресницы, как показалось Мраку, были сильно накрашены.

Мрак спросил Аспарда, игнорируя Манмурта:

– Ты уверен, что он ее не обидит?

Аспард развел руками.

– Он сам вызвался, Ваше Величество. Кроме того, Манмурт, как вы знаете, – потомок знатнейшего рода, что дает определенные привилегии при любом дворе.