Последняя крепость

– У меня и животные мышцы неплохие, – ответил он скромно. – В смысле, на животе. Пощупай.

– Может быть, позже, – ответила она. – Хотя еще не уверена. А теперь следи, чтобы не сбежало вот из этой большой кастрюли.

Она удалилась красиво и грациозно, не прилагая ни малейшего усилия, он в состоянии отличить доведенное до автоматизма умение манекенщиц от животной грации абсолютно здорового организма.

Из ванной она вышла с пышным тюрбаном на голове, в длинном белом халате, целомудренно запахнутом туго и перехваченном на талии узким пояском.

– Суп готов, – доложил он. – Сбежать даже не пытался, но попытки делало вот это… странное.

Она окинула взглядом кастрюльки и сковородки.

– Странное? – повторила с неописуемым презрением. – Это и есть знаменитый чолнт! Его только в этом квартале и делают!

– С ума сойти, – сказал он искренне. – В Штатах если что делают, то на всю страну. Это и есть демократия. А у вас какое-то постоянное ущемление.

– Ну да, – отпарировала она. – В центре Иерусалима самые населенные кварталы – мусульманский, христианский, армянский и еврейский.

А каждый из них разделен на десятки обособленных общин, что враждуют одна с другой. А вокруг центра – сравнительно новые районы, каждый со своими микронациями, религиями, традициями, общинами и правилами. А вон там, в сторону северо-запада, арабские районы. Вообще черт ногу сломит с так называемым «своеобразием исторических и культурных черт»!.. Может, и лучше, если бы все стало одинаковым, как в пустыне или… в Штатах?

Он слушал с удовольствием, она ловко орудовала поварешкой, ароматный запах поплыл по кухне, в желудке довольно хрюкнуло и потерло лапки.

– Пахнет вкусно, – сказал он. – Хотя и не представляю, из чего этот чолнт.

– А ты как думаешь? – спросила она поддразнивающе.

– Не знаю, – признался он. – Наверное, что-то из жвачного и с раздвоенными копытами.

– А ты ешь только кошерное?

– Я ем все, – сообщил он честно, – что имеет отношение к биологии. Ну, кроме человечины.

А вот вы лишены удовольствия отведать хорошо прожаренного кабанчика…

Она фыркнула.

– Знала бы, что у тебя такие вкусы, обязательно приготовила бы рагу из свинины. Но ты давай пробуй суп, а потом чолнт. Увидишь, что твоя жареная свинина и рядом с чолнтом не лежала.

Он краем глаза видел, как на экране жидкокристаллического телевизора появилось лицо госсекретаря Бергманса, замелькали кадры с видом американских авианосцев, линкоров, кораблей сопровождения.