Передышка не бывает долгой

В самой Куявии большинство уверены, что не женское дело править огромной державой, но как быть, если только она не просто единственный потомок великих тцаров, но и с детства, еще когда сидела на коленях отца, впитывала сложную мудрость правления? Остальные не годятся в правители, это либо храбрые, но недалекие, либо хитрые, но не умеющие смотреть в завтрашний день вельможи, воеводы и советники!

Каждый из них чего-то стоит, но в отдельности, а она умеет брать от каждого только то, в чем тот особенно силен!

– Пусть так и думают, – отрезала она холодно.

Она осеклась, вспомнив, что в прошлый натиск, когда артане едва не захватили Куябу изнутри, избавиться от них удалось совсем не благодаря ее уму или хитрости.

Билык сказал торопливо и подчеркнуто бодро:

– Да, Ваше Величество!.. Куявия устоит, кто бы ни попытался.

– Устоим, – заверил начальник дворцовой стражи и пощупал на поясе позолоченную рукоять кинжала.

– Городские врата со вчерашнего дня охраняет армия, – сказал Гатило. – На стене усиленные патрули.

Она поморщилась, но смолчала. Силами посольства дворец не захватить, а войска Артании и Вантита пока что кордон не переходили, так что усиление охраны – это только жест и предостережение для посольств.

Гатило поглядывает на нее сочувствующе, все верно, женщина, такие дела решаются не мечом, а сложными переговорами, интригами, подкупами, посулами, уговорами.

– Ваше Величество, – проговорил он медленно, – день Рода завтра, уже прибыли и разместились во дворце и подсобных строениях артане, вантийцы и с полдюжины тцарей, чьи земли можно плащом закрыть, а какие-то и шляпой, однако без славов начинать нельзя, да и владыки мелких земель не все еще подъехали, дороги непростые.

– Ждем, – велела Светлана властно.

– Могли выехать заранее, – буркнул Билык. – Как вон барбусцы, слуг выслали вперед.

– Славы не любят излишнее внимание, – напомнил Гатило. – Это самый скрытный народ, когда-то за это поплатится, нельзя от всех так таиться! А так вот последними – и сразу за стол переговоров, пойдет работа, не до того, как одеты и на кого как смотрят.