Князь Рус

– Наверное, давно дождя не было, – сказал он знающе.

– Похоже, и не будет, – прошептал Рус.

– Почему?

– Я же сказал, чужим богам не поклоняюсь.

– Ты еще не одумался?

– Если даже своих богов не страшусь, а лишь почитаю как прародителей, то что мне чужой урод?

Лех укоризненно покачал головой. Он знал, что отважен, и знал, что другие это знают. Но стоит ли заводить врага в лице чужого бога? Да еще на его земле?

– Брось, – сказал он сердито. – Она ж черная!

– Да, – прошептал Рус яростно и восторженно.

– Как ворона!

– Да…

– Как осмоленная головешка!

– Да… – ответил Рус зачарованно. – Зато тело белое.

Лех фыркнул с пренебрежением и жалостью к убогости брата. Всяк знает, что у женщины волосы должны быть как расплавленное золото, похожие на солнечные лучи… или в худшем случае – на колосья спелой пшеницы. Кому из мужчин таких женщин не достается, тот берет рыжих. Правда, их у скифов немного, почти все женщины их крови золотоволосые и дивные ликом, а самая лучшая из них – дочь Степного Орла, воеводы Пана…

Он вздохнул, отогнал сладостные воспоминания.

– Не чешись, – раздраженно сказал Лех. – Отползаем. Мы увидели все, что велел Чех.

Они вернулись к коням, но дальше Рус вскочил в седло и повернул своего жеребца в сторону реки. Лех смотрел вопросительно. Рус сказал сдавленным голосом:

– Я не отдам ее в жертву.

– Дурень, ты-то при чем? – сказал Лех насмешливо. – Отдают люди, у которых на это право. Отдают свое. Своему богу!

Доводы его были несокрушимы, как горы, и ясны, как небо над головой. Когда Чеха не было рядом, Лех чувствовал, что говорит и поступает как их старший брат, ибо после Чеха он старший, обязан заботиться о Русе, самом младшем. Да и, положа руку на сердце, не самом удачненьком.

– Другую выберут, – буркнул Рус. – Другую не жалко.

Он ударил Ракшаса пятками в бока. Обиженный конь взвился и пошел с места в галоп. Из-под копыт вылетели комья земли. Лех выругался, от Руса одни беды.

Свадебная группа под стук барабанов и рев трембит уже подошла к воде. Мелкие волны набегали на берег, сквозь чистую воду был виден оранжевый песок и мелкие камешки. Серебристыми наконечниками стрел мелькали рыбешки.

Волхвы воздели руки к небесам, что-то кричали, перекрикивая гнусавые звуки труб.