Изгой

Яфет сказал с гневом и внезапной острой тоской:

– Эх, Олег, червяк ты, а не человек, хоть иногда брякаешь что-то умное… Что ты о богах лепечешь, младенец?.. Дрался с ними, говоришь? Что ж, честь тебе и хвала. Но знаешь ли, что все это множество твоих богов… и множество богов соседнего племени… и множество множеств богов других племен и народов – суть лики одного и того же Бога?

Скиф не слушал эту дурь, которой враг пытается сбить их с толку, завлечь в какие-то сети, но Олег явно призадумался.

– Вообще-то мне тоже иногда такое в голову… Мол, все боги – лишь щупальца одного Бога, огромного и страшного, что вообще по земле не ходит, а сидит где-то в хрустальной пещере на небесах, а здесь только шарит щупальцами, аки осьминог, зверь дивный! Ты осьминога видел?

– Нет, – отрезал Яфет, он присматривался к Олегу теперь с живейшим интересом и почему-то, на взгляд Скифа, с возникшим уважением. – Но если ты додумался до такого… гм, ты еще не последний дурак на этом свете! Ты прав, он похож на осьминога в своей сути.

– Олег, – подсказал Скиф с набитым ртом.

– Олег, – сказал Яфет, не повернув головы в сторону героя, – знай же! Я сошелся в схватке именно с этим, Главным! Вернее, Единственным.

Скиф выронил жареное бедро оленя, глаза навыкате, нижняя челюсть опустилась до столешницы.

– Ого, – сказал наконец Олег.

Голос его был осторожным, а ел он еще медленнее, глаза не покидали лицо Яфета. Яфет стукнул кулаком по столу:

– Но я все равно до него доберусь!

Олег положил недоеденное крылышко гуся обратно на тарелку.

– Спасибо за хлеб-соль. Но нам, чувствую, надо поскорее отсюда убираться.

Яфет, словно не слыша, сказал тяжело наполовину гостям, наполовину своим мыслям:

– Эх, Олег… Я эту истину искал, искал… Но сейчас мне все чаще кажется, что в стремлении к истине главная суть не в том, чтобы найти ее, а в том, чтобы искать.

– Не понял, – ответил Олег честно.

– Достаточно, – сказал Яфет, – если кто-то честно ищет ее. Уже это делает человека выше… а истину… истину тоже, наверное, ценнее и выше.

– Все равно не понял, – ответил Олег. – Я все-таки прост. И буду долбить в одну точку в этой чертовой стене, пока не пробью дыру.