Империя Зла

Я уже привык, что на меня в правительстве смотрят как на клоуна в минуты отдыха: ну-ка давай, покажи свои штуки, надо поглядеть, за что тебя наняли! Но я давно перерос мальчишечьи обиды и сейчас обстоятельно, по-профессорски, излагал вовсе не секретные сведения, пусть слышит хоть весь мир, что Россия уже созрела для второго рывка. Но дорога идет – увы! – через очищение, ожесточение. Через кровь и жестокость, даже через сужение кругозора, узость мышления, фанатизм… Когда-то существовал могучий Рим, просвещенная Римская империя правила миром, и, казалось, этому не будет конца… И цивилизация топталась на месте, пока по Риму не нанесли удар с двух сторон: изнутри – дикое и фанатичное христианство, а снаружи – дикие и грубые варвары.

Да, Рим был полон театров, там жили и творили поэты, драматурги, философы, там жили величайшие строители, экономисты, лучшие ученые. Конечно же, неграмотные, невежественные христиане были отвратительны, они отрицали культуру, знания и требовали слепой веры в своего бога, других же богов фанатично отвергали, демонстрируя узость мышления.

Конечно же, дикие варвары, сокрушившие могучую Римскую империю, давшую миру лучших юристов, ученых, поэтов, были жестокими и неграмотными дикарями. Но прогресс избрал именно их своими проводниками. Ибо и варвары, и первые христиане, во всем вроде бы уступая просвещенному и богатому Риму, превосходили его в одном-единственном: они были чище духом.

Современный западный мир, где моду задает США, абсолютно схож с древним Римом, за вычетом технического прогресса.

А те, на кого мир сейчас с ужасом смотрит как на варваров с их непонятными идеями, странным варварским кодексом чести, и есть те, кого прогресс именно сейчас избрал для разрушения современного Рима, вселенской блудницы, как считали первые христиане, а сейчас считают исламисты и русские националисты.

Один только Кречет выслушал с полной серьезностью. Он же и поинтересовался, не спуская внимательных глаз:

– Да, это я читал в ваших работах. Но сейчас вы повторяете свои тезисы не случайно?

– Да, – ответил я. – Пора действовать. Для начала эти идеи надо сделать доступными массам. В первую очередь, конечно же, через молодежь. А старшее поколение примкнет по другим причинам, но… примкнет.

Он усмехнулся, смолчал деликатно.